— Дайте одежду.

Немного добавляю королевской воли в атмосферу, поэтому мне быстро передают мои вещи. Чистые, свежие. Кто-то заранее позаботился. Ага, чувствую остаточный запах любимых лавандовых духов Лии. Кто, как не она. Нисколько не пожалел, что взял её с собой. Настоящее спасение. Вот голодно, а тебе раз — и бульона куриного. Холодно? Раз — и камин развели…

— Вы уже уходите, гранд-профессор? — Язвительный голосок Примуса ни с чем не спутать. А уж как быстро старикан появился, учитывая, что его кабинет в другом конце замка. Наверное, аж пятки сверкали, как узнал.

Медперсонал расступается. Примус с двумя инквизиторами.

Тру виски. Мне кажется или я это уже проходил? Вот только сейчас… что-то нестрашно. Я чувствую себя отдохнувшим, бодрым и… сильным. Сильнее, чем был до сотворения Тиши. Ведь именно так растут маги. Изнемогают, бедолаги.

Напяливаю рубаху.

— Уже ухожу, директор. Студентам нужно навёрстывать упущенный материал.

— О, не переживайте за них. Профессор Люпия любезно взяла на себя ваши обязанности.

— Люпия? Она же ботанка, — не особо любезно отзываюсь я о самой отвратительной бабе, которую встречал.

— Позвольте, я сам выберу, кто ботанка, а кто ботаник в моей академии. К нам наведались многоуважаемые господа. — Примус кивает на инквизиторов. — Они хотели бы побеседовать с вами о случившемся.

До этого момента у меня получалось не ссориться со святошами. Я не лез в их дела, они в мои. Но, по слухам, кто-то там сильно опасается за шаткое положение в Аббатстве и моё растущее влияние. На магию крови они глаза закрыли, но, видимо, Тишь — это уже перебор.

По всем критериям я должен был умереть, как элементалист-суицидник с огромным сосудом и открытым каналом. Такие — главное оружие Аббатства. Их обучают десятилетиями, промывают мозги и отправляют сотворить единственное, первое и последнее плетение в своей жизни. Если бы орда прорвалась ещё дальше, то один такой точно объявился бы. Но проблема в том, что тогда от стены не осталось бы и следа. Обычно их заклинания бесконтрольны и непредсказуемы.

Но я выжил.

Стал многоразовой атомной бомбой.

Лакомый кусочек…

Меня можно попробовать пленить, усыпить, вырубить, загипнотизировать, промыть мозги, шантажировать, угрожать, подкупить… И хорошо бы инквизиторы попытались сделать последнее, может, я и соглашусь.

Но мешка золота я не вижу, а по грозному виду и королевской воле инквизиторов понятно, что они наконец созрели, чтобы помериться со мной пипирками. Пока был без сознания — трогать опасались. Члены Гильдий Злодеев и Авантюристов могут и не понять таких переговоров.