В какой-то момент, отлаженный годами совместных тренировок, ритм сбился. Вот одна из подошв словно бы зацепила другую, а еще через миг их обладатель грузно осел, уткнувшись закрытым наполовину скрытым повязкой лицом в разогретый асфальт. Темное кепи рухнуло рядом с его головой. Оружие мертвец их рук так и не выпустил.
«Готовились, твари!» — решил Волконский, оценив компактную «трещотку» с внушительной банкой глушителя.
Две пары ботинок тут же почти балетным па прыснули в сторону, продолжая довольно сдержанно вести огонь. Однако вспышки стихли. Стрелки явно нашли цель «интереснее», чем покореженный авто Волконского.
«Не время!» — рявкнул сам на себя парень, почувствовав, что правая рука хоть чуток, но начала слушаться. Каким-то чудесным образом он таки смог дотянуться до крепления и выстегнуть застежку.
Ни о какой грации и речи не было. Тело ударилось о потолок-ставший-полом с глухим стуком костей о металл. Где-то хрустнуло — то ли обшивка, то ли ребро. Вспышка боли буквально заставила его на несколько секунд ослепнуть и оглохнуть. Однако через какое-то время оказалось, что он все еще жив, а мир вокруг, начал приобретать очертания.
«Сумка!» — билась в голове одна-единственная дикая мысль.
Каким-то чудом парню все же удалось перевернуться на спину и неловко оттолкнуться ногой.
На «подвешенное» ремнем безопасности бездыханное тело Тюфякина Волконский старательно не обращал внимания. Не время. Все его мысли занимал только небольшой рюкзачок… Он полз к нему как к последнему шансу на спасение. Но не от смерти. От позора. Небольшой взрывной артефакт «восемь метров — ничего живого» точно должен был быть там.
На второй план отошли боль, «танцы» убийц, нет-нет да и мелькающие вспышки почти разряженной защиты. Осталась цель. И смысл. Возможно, последний. Но оттого не менее важный.
Еще рывок!
Превозмогая боль, Павел вновь подтащил к себе ногу и, уперев во что-то подошву ботинка, с отчаянием обреченного «подтолкнул» тело вперед. В следующую секунду парень был готов взреветь от ярости. Вот она сумка! Совсем-совсем рядом! Клановец даже смог дотянуться до нее едва слушающейся рукой… Однако почти непреодолимой преградой перед ним встала самая обычная… «молния»! «Дубовые» и скользкие от крови пальцы никак не могли ухватиться за «язычок» бегунка. Но Волконский с упорством смертника все пытался «зацепить» непослушный кусочек металла…
Пальцы скользили по молнии, оставляя кровавые полосы на черной коже. Еще попытка — и ноготь сломался, но металлический язычок, наконец, поддался… Кажется. Совсем чуть-чуть. Но это уже победа. Еще несколько секунд и…