— Итак, я продолжаю, — спокойно объявила Валентина. — Все это время ребенка содержали в Красноуральске и окрестностях… но на разных объектах.

Павел приподнял брови. В удивлении.

— Зачем? — спросил он.

— Неизвестно, — качнула головой культуристка. — Однако ее постоянно перевозили. Четырнадцать комнат. В каждой не дольше нескольких дней, после чего смена локации.

Парень прикрыл глаза. Зачем нужно таскать ребенка из одной «камеры» в другую? Да еще и с завидной регулярностью… При этом обращались с Фэнг явно хорошо. Она была накормлена, одета в красивое платье, а в комнате, куда ворвалась группа захвата, клановец заметил игрушки, альбомы для рисования и кучу поделок из глины для лепки…

Парень прикрыл глаза, мысленно переносясь в «камеру». Игрушки. Мягкие. Их было много. Чаще всего встречались единороги… повторяющиеся на рисунках и некоторых элементах одежды Фэнг. То есть, кто-то явно учитывал вкусы девочки. Да и самой одежки было достаточно много. Футболочки, сарафанчики, какие-то модные детские ботиночки…

Клановец не очень разбирался во всем этом, но совершенно четко был уверен, что кто-то постарался создать для нее комфортные условия… в заключении.

— Какой в этом вообще смысл? — риторически протянул он.

Тишь отвечать и не стала. Лишь пожала покатыми плечами.

— Вопрос снимается.

Кивок валькирии дал понять, что она правильно оценила реплику. Свидетель, которого перевозили между несколькими объектами Общества, может дать огромное количество информации.

Особенно если уметь спрашивать.

— Фэнг очень цепкая и сообразительная девочка, — прокомментировала Валентина. — Она многое вспомнила сама.

«А остальное расскажет под легким гипнозом или в аккуратных беседах с дознавателем.» — мысленно закончил за Тишь парень.

И нет, никто не передаст ее в чужие руки. Женская часть команды была буквально очарована маленьким черноволосым метеором. Но квалификации той же Насти вполне должно было хватить для мягкого, но профессионального «допроса».

— Сколько? — уточнил Павел.

— Неделя, — не моргнула глазом культуристка. — Девочка должна эмоционально стабилизироваться. На это уйдет дня три. После этого с ней можно будет работать.

Волконский выдохнул. Мысленно.

— Я тебя понял, — констатировал он.

— Какой красивый! — прервал его размышления радостный визг на ханьском.

Фэнг торпедой без разбега стартовала с дивана, в сторону окна. На улице стемнело и зажгли фонари. Падающие в их свете редкие снежинки и впрямь добавляли толику сказочности в пейзаж.

Девочка не добежала.

Остановилась.

Разом. Как умела только она.

— Яо-Яо? — негромко спросила Фэнг.