Хуже всего дела обстоят с планом ГОЭЛРО — технологический уровень во всем мире оставляет желать лучшего, поэтому просто пригласить специалиста, который разработает ГЭС не получится. Вернее, получится, но ГЭС будет совсем не такая, как мне бы хотелось. Придется по возвращении плотно погрузиться в это направление и помочь ученым мужам выработать план, который позволит начать в ближайшее время с тем, что есть, но в дальнейшем позволит интегрировать новинки с минимумом перестройки и переделки имеющегося.

Но это все — в будущем, а пока, под зонтиками в руках слуг, проходим на жизнерадостно дымящий трубами броненосец. С нами и Вилли несколько десятков чиновников и армейцев с обеих сторон — не успели согласовать договор до конца, поэтому продолжим в плавании. Согласовать детали — основное уже обговорено и подписано. Теперь мы с Вилли не можем напасть друг на друга, а еще обязаны поддержать, если против кого-то из нас плечом к плечу встанет больше одной Великой державы. Турция таковой по настоянию Вильгельма не считается. Шаблонов начала большой европейской войны у нас два — либо я начинаю с Турции, и на меня агрятся англичане с австрияками, либо Вильгельм двигает свои части в Бельгию, и на него агрятся французы с теми же англичанами. Австрияки не агрятся, ограничившись оборонительными частями на границах — я же сидеть сложа руки не стану. Шаблона всего два, но вариантов дальнейшего развития конфликта несть числа. Лучший из них — это когда мне «скармливают» Турцию, а Вилли — Бельгию, чтобы избежать большой мясорубки. Худший для меня — это когда я начинаю ломать турок, а Вильгельму быстро скармливают Бельгию в обмен на присоединение к антироссийской коалиции. Вариант отвратительный и болезненный, но именно к нему я в меру сил готовиться и буду.

Вариант реалистичный — поначалу что меня, что Вилли будут пытаться остановить силами одной Великой державы. Для него это Франция, для меня — австрияки. Не выйдет, ясен пень, и скатывание в мировую войну неизбежно, но выглядит все равно неплохо — наши части будут копить реальный опыт и принимать закрепляющие его решения, а «новички» такой радости будут лишены, в первые месяцы играя роль мяса. Это для сухопутного театра картинка, что там на морях и в колониях вообще не ясно — мы с Вильгельмом сильно колониальную часть мира к началу «зарубы» поменяем, и плясать придется уже от актуальных данных.

Дождик, казалось, совсем не мешал набившемся в порт немцам — пришли нас проводить, и печальный повод им побоку — чужой наследник умер, не свой, поэтому улыбаемся, машем и скандируем на немецком актуальное. Мне очень хотелось махать в ответ — привычка! — но увы, не сегодня: дядюшка с тетей умерли все-таки, нужно демонстрировать скорбь.