Я бы и монеты побросал, но за них здесь и убить могут — англичанин предупредил.
Никки и Георг занялись тем же, с явным удовольствием глядя на спешно хватающих и прячущих в недра лохмотий угощение аборигенов. Почти как голубей кормить. На пару секунд позади нас вспыхнула драка, но ее быстро пресекла охрана при помощи нагаек. Очень грустно, но многие взрослые отбирают гостинцы у опередивших их детей. Не мои подданные, мне-то что? Или это такая предусмотрительность — потом продаст кусочек пастилы и купит, например, лепешек на всю семью.
— Взять с собой сладости для этих несчастных было хорошей задумкой, Жоржи, — похвалил меня Николай.
— Несчастными они не выглядят, — заметил Георг.
— Они могут круглый год греться под теплым солнцем и питаться отбросами, — поделился наблюдениями бывалый этнограф сэр Уоллас. — Когда целый день неподвижно лежишь под солнцем, потребность в пище снижается. Солнечные лучи так же придают дикарям хорошего настроения. Не находите ли вы сходства между индусами и неграми, Ваше Императорское Высочество?
Побывавший в Африке Николай величаво кивнул:
— Сходство налицо. Однако у негров менее замысловатая система общества.
Климат тот, так сказать.
Очень интересно будет посмотреть на реакцию Никки, когда мы через всю Империю будем возвращаться в Петербург. Ну и просто посмотреть интересно, посравнивать: колониальную роскошь я видел, колониальную нищету наблюдаю прямо сейчас, и на обратном пути заценим, где в этой «вилке» застряла основная масса русского народа.
Нахватавшись впечатлений, покормив москитов и пофографировавшись на фоне местной архитектуры…
— Любишь же ты фотографирование, — улыбнулся Никки.
— Через век-другой нас не станет, — развел я руками. — А фотографические карточки останутся. Не знаю, как тебе, но мне приятно думать, что кто-то спустя века будет на эти фотографии смотреть.
— Поэтому ты снимаешь шляпу? — спросил Георг.
— Она помешает потомкам любоваться моим мужественным лицом, — подтвердил я.
Николай с Георгом хохотнули, и я принялся их учить принимать эффектные позы.
…мы вернулись в гостиницу. Слуги меня помыли и переодели. Далее состоялся обед — постная диета соблюдалась и вчера, за ужином, и сегодня, за завтраком и обедом — по истечении которого было объявлено свободное время до ужина.
Поднявшись наверх, мы столкнулись со ждущим лифта Шевичем. Никки не удивился, а я спросил:
— Покидаете нас, Дмитрий Егорович?
— Так точно, Ваше Высочество, — поклонился он. — Получил предписания от его Высокопревосходительства Министра иностранных дел Гирса и незамедлительно отправляюсь с ними в Токио.