— Хелен, звезда моя, у меня есть к тебе эксклюзивное предложение, — с интонациями зазывалы-рекламщика выдал я, прижимая к уху Нокию. — Причем эксклюзивность его имеет срок годности, так как время не ждет. Кроме прочего, мое предложение позволит тебе выбраться из пыли библиотечных завалов.

— Всё вы, смертные, суетитесь, — фыркнула в ответ вурдалачка. — Излагай свое предложение.

— Нужно разыскать одного человека… — замялся, переформулировал. — Не обязательно человека. Известно имя — Клод. Предполагаемое происхождение — потомок графа Калиостро. И город проживания известен.

С таким предком, если Клод не заливал о своих корнях, «народными методами исцеления» вполне могут являться и знахарство с алхимией.

— Фамилия? Возраст? Род деятельности? — тут же завалила меня вопросами Хелен.

— Бывший студент Сорбонны, переквалифицировался в спеца по народной медицине, — ответил только на последнее. — Прочее неизвестно.

Лена задумчиво помычала в трубку.

— И город, надо думать, не Санкт-Петербург? Иначе ты бы не стал акцентировать на нем внимание.

— Париж, Франция, — не стал отпираться. — Заметь, я не сказал, что будет легко.

— Легко⁈ — немертвая девушка взвилась так, что я это чуть ли не увидел, не то, что услышал через динамик. — Ты представляешь, сколько в Париже может быть Клодов⁈ Сколько и блох на бродячей собаке!

— Сколько и Ванек в Питере, — поддержал я ее в справедливом возмущении. — Знай я больше, нашел бы его по другим каналам. Это было бы куда проще и без нервотрепки.

— Так, — скрипнула зубами моя собеседница. — Зачем тебе этот Клод? И зачем мне — нам — его поиски?

— Прости, наверное, мне с этого и следовало начать, — повинился. — Это давний знакомый отца. Есть предположение, что он в курсе того, над чем работал папа. Он — отец — писал этому Клоду незадолго до своей… кончины. Как много известно французу, готов ли он к диалогу — это отдельные вопросы. Они не имеют смысла до тех пор, пока Клод не найден, пока мы не с ним не поговорили.

— Ты не ответил про интерес моей семьи, — холодно напомнила Лена.

— Нет, прелестница, это ты не дослушала, — весело откликнулся. — Вечно вы, бессмертные, проявляете нетерпение.

Нежить хмыкнула. Одобрительно, кажется.

— Если вы выйдете на Клода, — продолжил уже другим тоном. — И тот действительно знает, чем занимался отец, тогда есть ненулевой шанс, что ты и твоя семья получите ключ к последней работе профессора Бельского. И, возможно, сможете ее повторить. Или хотя бы понять. Или найти способы противодействия. Тут, сама понимаешь, результаты будут зависеть от приложенных усилий.