— Значит, придётся выяснить, где и как Марс мог подхватить эту заразу… — задумчиво произнёс Седов. — Если это действительно так, ты сможешь определить, насколько сильной была доза?
— Я попробую, — отозвалась Вера. — Если моя гипотеза верна, само вещество выводится. Но изменения, которые оно успело вызвать в работе мозга, могут сохраняться намного дольше или оказаться необратимыми.
Она посмотрела на бессознательного Марса.
— Сейчас узнаем, что покажет его кровь.
— Бери пробу, и я закрою отсек, — велел Седов.
— Но он же без сознания… — возразила Вера. — И будет в этом состоянии минимум час.
— Это не обсуждается. Где Илья?
— В жилом.
— Ян, держишь медблок закрытым. Келлер, ты с Навидом?
— Да, — отозвался Адам.
Голос у него звучал тихо и устало.
— Возвращайся. Закрой отсеки Навида и Майи.
— Принял.
Химера отметил, что тот не стал возражать. После Савельева дополнительная осторожность уже не казалась никому избыточной. Вера взяла у Марса кровь и вышла из отсека. Седов закрыл дверь, откинул небольшую защитную крышку на ней и повернул скрытую под ней рукоять. Внутри глухо сработал механический замок. Аварийная разблокировка станции такой не снимет.
В коридоре показался Келлер. Закрыл таким же способом отсек Навида и потом — дверь Майи.
— Как только будет результат по Марсу, сразу докладываешь, — сказал Седов Вере. — Келлер, Вереск, возвращаемся на “Скайларк”.
Формально “Горизонт” можно было считать безопасным. Савельев был заперт. Максим оставался изолирован на “Скайларке”, Навид, Майя и Антон — в медблоке. Илья, единственный более-менее вменяемый из выживших, находился в жилом секторе и пока не создавал проблем. Все известные им источники непосредственной угрозы были либо устранены, либо изолированы, как последний отсек с биолабораториями.
Только Химера этого больше не чувствовал. Наоборот, после истории с Марсом ощущение скрытой угрозы стало сильнее. До сих пор опасность хотя бы удавалось привязать к конкретным местам, сломанным системам или людям. Теперь выяснилось, что человек, прилетевший сюда вместе с ними, тоже может в какой-то момент начать видеть совсем другую реальность. И никто понятия не имел почему.
Ян встретил их на своём месте за терминалом. Леон находился рядом.
— А я и не знал, что ты у нас звезда, — с порога сообщил он.
В голосе не было ни настороженности, ни злости. Обычная подколка, каких Химера за время полёта услышал от него уже достаточно. Значит, по крайней мере, шарахаться от него Леон пока не собирался.
Седов обвёл всех взглядом.
— Давайте я сразу проясню этот момент, чтобы больше к нему не возвращаться. Вереск — специалист по кибероперациям. В состав экипажа его включили в последний момент после того, как во вредоносном коде, атаковавшем “Горизонт”, обнаружили фрагменты его старых разработок. Кто-то использовал их повторно. Именно поэтому Вереск здесь. Но к самой атаке он не может быть причастен. Про “Горизонт” он не знал.