В погасшем на пару секунд свете мигнули образы сидящих в трамвае покрытых паутиной скелетов. Одежда, кстати, тоже на них была не современная, а где-то тех времён, когда этот древний трамвай должен был сойти с заводского конвейера.

Вот же подстава!

Чёрт бы побрал эту дуру!

Пара заданных вопросов не стоят такой цены!

По щеке скатилась капля пота под стук бешено колотящегося сердца.

— У тебя три попытки, — с ехидцей проговорил водитель.

— С-сколько звёзд на небе?

В ответ послышался новый смех и шум тарахтящий костей.

Так, соберись! — сказал я себе.

Нужно мыслить оригинальнее. А ещё лучше — удариться в какой-нибудь треш.

— Сколько костей в теле собаки?

Снова смех.

— Двести девяносто две, студент, — усмехнулся водитель.

Я крепче схватился за поручень и попытался восстановить дыхание. Атмосфера действовала на мозги. Особенно после недавнего разговора с Мартой о том, что смерть может быть очень даже конечной…

— Последняя попытка, — улыбнулся старик беззубым ртом.

— Почему тараканы не живут в трамвайных поручнях?

Новой вспышки зловещего хохота не последовало.

Напротив, вагон погрузился в тишину, я слышал лишь стук металлических колёс по рельсам.

— Хм, ты знаешь, — нарушил паузу водитель, — такой вопрос мне действительно ещё никто не задавал. Так и быть, я отвезу тебя, куда тебе нужно. Называй место.

Трамвай снова с шумом чуть подпрыгнул, а свет моргнул и включился вновь.

Никакого склепа в вагоне больше не было. Лишь пустые сиденья в тёплом электрическом свете позднего трамвая, рассекающего ночную мглу города.

— На улицу Несбывшегося, — послышался равнодушный голос Анны, будто ничего только что не произошло.

— Ты где была?

Девушка пожала плечами.

— Что? Это не ответ!

— Выпала из поля твоего зрения. Так бывает, — ответила она и отвернулась. Затем шлепнулась на свободное сидение у окна.

Я присел рядом с ней.

— Теперь ещё раз. Какого хрена только что произошло?

— Туда не попасть иным способом, — нехотя сказала Аня. — Постановка невозможна без толики чуда, а герою для развития нужна опасность.

— А если бы я остался здесь ездить вечно?

— Значит, твоя история была бы не такой интересной, — парировала она.

— Ты издеваешься?

— Нисколько. Трагедия — часть жанрового разнообразия жизни.

Я посмотрел за окно в попытке понять, куда конкретно меня сейчас завозят. Знание города пока что оставляло желать лучшего. За окном угадывались темнеющие дома, но чувствовалась некая зловещая неестественность происходящего.

Фонари. Точно, на улицах не было фонарей, хотя по всему городу они активно горели, пусть и приглушались на ночь.