Или это место не так опасно, как я думаю, или меня реально привели на жертвоприношение.

— Что это вообще за трущобы? Здесь ведь никто не живёт? — спросил я, кивая на чёрные окна в домах.

— Живут, — ответила Аня. — Но немногие, тут ты прав. Большинство домов здесь заброшены.

— Разве Город не идеальное место? Откуда заброшки?

— А разве ты никогда не мечтал побродить по городу-призраку? — ответила она вопросом на вопрос.

— При чём здесь это?

— О-о! — потянула она. — Это напрямую взаимосвязано, Полярис. Как по твоему, на что похож Город?

Я задумался, но лучшей формулировки чем та, какую собрал для себя в уме, не нашёл.

— На смесь воспоминаний, фантазий и снов?

— Ага! Хорошие слова! Да, он берёт кирпичики для себя из твоего подсознания. Но собирает их не бездумно, как может показаться. А лишь те, которые несут отпечаток положительных эмоций.

— В Городе много людей. Получается, он берёт это ото всех?

— Да, и смешивает, как художник краски. То, что духовно сделано для тебя, вроде твоего дома, будет в основном из твоих красок. Но в целом — Город соткан из сновидений и грёз.

— Твоё сравнение тоже красивое.

— Оно не моё. Так говорит Сивилла.

— Ясно. Так что с этим местом? Его создала чья-то фантазия о заброшенном районе?

— Не совсем так. Скорее, он результат одного сломавшегося давным-давно кризиса. Но знающие люди нашли способы сюда попадать.

— Как твой трамвай, понял. Кстати, обратно так же?

— А ты позволишь себя заманить внутрь?

— Нет, конечно.

— Тогда увидишь. Скорее всего, нам укажут дорогу обратно.

— Укажут?

— Не задавай бессмысленных вопросов. Ответы не бывают бесплатны, а на этот ты увидишь его сам. Зачем сотрясать воздух?

— Чтобы скрасить путь по ночному городу в неизвестном направлении. Нам далеко?

— Не очень. Скоро будем на месте. Дальше ты сам по себе, но думаю, ты и сам разберёшься, что делать. Вопрос долга, наверное, будем считать уплаченным.

— О, уже? Значит я могу идти домой?

— Иди, — кивнула Анна. — Выхода отсюда не знаю даже я.

— Получается, я пленник?

— Нет, конечно. Разве что на этот круг. Но если ты спросишь, думаю путь отсюда тебе покажут и так.

— Ты хотела, чтобы я помог твоему другу… — напомнил я.

— И я сказала правду. Я всегда говорю правду. Идеальная пьеса строится так, чтобы даже зная правду, зритель ходил вокруг неё, пока не случится кульминация в сюжете. Она и сорвёт все маски и укажет, кто есть кто. Ждём?

— Не особо, — поморщился я. — Но если мне заплатят, то вопрос обсуждаем.

— Тебе нужно время? — спросила Анна с любопытством. — Когда будешь просить, не прогадай. Хорошо подумай, что хочешь получить взамен на свою помощь.