Мы с Таней и Полоскуном покачали головой.

— Ясно. Это когда маны слишком много и личность угасает, а телом управляет стихия. Человек становится элементалем в теле человека. Явление не опасное, но человека там больше нет. Они просто смотрят на свои стихии, огонь или воду. Искренне считают себя ими.

— Жуть, — поморщился я.

— Ну, такое случается у магов, если постоянно перенасыщаться стихией и не уделять внимания чему-то кроме магии. Плюс, нужны сильные травмы души. Магические войны стабильно оставляли таких. А в мирной жизни это редко случается. С учётом перерождений, нам это не грозит. Но с запредельными стихиями, вне стандартных элементов, всегда идёт искажение парадигмой этой стихии. У них есть конкретная воля. Ты это можешь заметить, если сравнишь характеры и личность пользователей одной силы. Изнанка твоя тоже не безобидна, например. Она уводит тебя от реальности, делает инертным, уводит дальше в миры изнанки. Ты становишься похож на духа тех мест.

— А остальные? — спросил Полоскун, которому уж точно эта информация была бесполезна.

— Астрал зависит от конкретного вида. Он заполнен множеством духов, и добрая половина их злые, и ничем не лучше демонов. У адептов бездны понятно, начинают проявляться демонические черты. А хаос… он наводит хаос.

— А если конкретней?

— Они становятся его орудиями. А чего на самом деле хочет хаос не факт что знает сам хаос.

— Захватить Город через два круга, — мрачно сказал я. — Говорят, будет очень высокое магическое эхо. Мир может быть сильно не похож на привычный.

— Что, каждый дворник сможет чистить дворы заклятиями четвёртого ранга?

— Может и так…

— Чем больше эхо, тем больше шанс, что Город уйдёт от общих желаний горожан к какой-нибудь ереси, — добавила Таня. — Исполнять желания так, чтобы никто не был в обиде сложно, если в мире другая физика, а школьники метают пиробласты.

— Хаос просто изменяет всё так, как это выгодно ему. Манипуляция вероятностей — его фишка. Да, если вероятность есть, хаос исказит её и возведёт в абсолют. Здесь кроется главный подвох, хаосу нужно иметь основу. Если в личности скрыта, скажем, некая тайная извращённая страсть, она проявится. Но если то же самое наоборот, если ты резко не приемлишь это, то случится то же самое. Хаос тебя сломает и направит туда, куда ему нужно.

— Это нелогично, — насупилась Таня. — То есть любить и ненавидеть что-то, это уже подставляться?

— Ну, грубо говоря да, — ответила Маруслава. — Но логика здесь есть. Просто она не очевидна. Взять клиническую нимфоманку и воинственную поборницу безбрачия, они обе скорее всего станут сеять разврат. Так с любым аспектом. Аскеты и гурманы, добряки и живодёры… принцип тот же.