— Вы будто в первый раз. Нервничаете? Не волнуйтесь, максимум что может быть не так — это направление на некоторое время к психологу на реабилитацию. Тогда выбирай нейро, с приборами, там быстрее. Хотя обычно все предпочитают психоанализ, чтоб наоборот подольше. Даже эфир не урежут, это же не наказание, а лечение. Доктор прав, вам ещё не одну сотню лет жить, стоит бережней относиться и к телу, и к психике.
— Эх… просто я здесь пострадавшая сторона, — выдохнул я.
— Все мы равны перед ментальными расстройствами, — улыбнулся доктор и взял на столе свежую бутылку шипучей газировки.
На жёлтой этикетке жестяной банки был нарисован похожий на него мужик, только с длинными светлыми волосами и в славянской одежде. Лицо улыбалось во все тридцать два зуба и лучилось умиротворением и радостью. На этикетке — надпись «ДОБРынЯ». Шрифт был прописным, с буквами разного размера, так что издали это читалось, как «Добр я».
— А что за напиток? — спросил я, когда доктор сделал несколько глотков.
— Тебе такое пока нельзя. После сканирования дам, если хочешь.
— А что это?
— Добро в чистом виде, — улыбнулся бородач.
Надев прибор и шагнув в камеру, я до последнего ожидал подлянки, но её не было. Я просто вошёл в тёмную комнату, за спиной закрылась дверь, и я погрузился во тьму.
А затем, как и было обещано, началось.
Я оказался в горной долине, посреди бескрайних трав в окружении вольного ветра и запаха свободы.
И… что мне полагается делать?
Картина сменилась, и вот я уже шёл по городу. Обычный день этого мира. Улица, над головой сновал летающий транспорт. Люди вдали спешили по своим делам. Я так и не понял, нужно ли мне ходить — сфера снаружи была явно подвижной, чтобы имитировать реальную работу ногами, как на тренажёре.
Попробовал сделать маленький шаг. Всё в порядке, действительно можно.
Затем — резкий металлический лязг, хлопок взрыва. Похоже, в доме рядом что-то произошло, может, утечка газа, хотя здесь вроде бы всё на электричестве…
Сверху посыпались обломки. Люди достаточно далеко, они успевают отбежать подальше, а под домом полоса зелёного газона. Кажется, никто не пострадал, разве что кто-то внутри дома, во взорванной квартире.
Хм, и зачем мне это показывают?
Картина сразу же сменилась. Узкий переулок, вечер. Я стою под домом. Стая голубей около детской площадки клюёт что-то. Поодаль играет ребёнок с самодельной рогаткой.
Прицел — и меткий выстрел камня. Снаряд был запущен с убийственной точностью, и голова голубя окрашивается алым.
Несколько секунд туплю на мёртвую птицу, затем резкая смена картины.