— Тварь, которая тебя поработила, она мертва? — спросил я, вглядываясь во вновь появившуюся, но слишком слабую ауру. — Мы сумели её уничтожить или…

— Нет, она здесь, я не знаю сколько ещё у меня времени. — плача проговорил Макс. — Я хочу умереть собой, хочу остаться человеком.

— Погоди, не торопись на тот свет. Может ещё есть шанс тебя спасти. — проговорил я, пройдя по головным меридианам парня. Хранилище его души едва теплилось, обвитое черными червями, почти полностью охватившими мозг.

— Не надо. Отпустите… — проговорил Максим, чуть подвывая.

— Максик! Что вы с ним сделали⁈ — рыдая и заламывая руки подошла к нам Гаечка. — Зачем вы его мучаете? Зачем убиваете⁈

— Успокойся, мы пытаемся его спасти. — проговорил Таран, удерживая рыдающую в три ручья девушку, пытающуюся прорваться к своему любимому, а тот продолжал выть, словно его резали по живому, а может так оно и было, ведь к его нервам присосались едва видимые, тоньше волоса, черные жгуты. — Да стой ты!

— Прошу, добей… Довольно. — вой мгновенно прекратился, а губы вытянулись в жесткую линию. — Вы убедились в том, что сознание вашего Максима ещё живо, но это ненадолго. Убьете меня, умрет и он.

— Максик, нет, о чем ты говоришь? — пробормотала Гаечка, обхватившая себя руками. — Нет… нет-нет-нет…

— Уведите её. — поморщившись сказал я, и дождавшись пока девушку возьмут под руки и отведут хоть немного в сторону зажег клинок. — Мой друг попросил освободить его от тебя, даже ценой жизни, и я это сделаю. Ведь душа бессмертна, он переродится вновь в нашем мире, или в другом. А вот разум и сознание заключены в телесную оболочку… и обещаю, твои будут стерты.

— Ты не посмеешь. Я буду куда полезнее прошлого носителя. У меня есть знания, технологии… — пока механойд пытался торговаться я подошел ближе и занес над головой меч. — Стой! Это не логично! Что ты хочешь⁈

— Освободи его. Покинь его тело. — сказал я, не опуская пылающего меча.

— Мы одно целое. Если я уйду — он умрет. Я контролирую большую часть его физиологических процессов, от дыхания и кровообращения до эрекции и гормонов. — сухо проговорил механойд. — Он без меня нежизнеспособен.

— Он был жизнеспособен до твоего вмешательства, значит может быть и после. — ответил я. — Покинь его тело, приведи в изначальное состояние. Тогда, возможно, я найду для тебя другое тело. Увы, но в нашей стране всё ещё полно преступников, приговоренных к смертной казни и которых совершенно не жаль.

— Это приемлемо. Я освобожу вашего друга, и займу другое тело. — проговорил механойд, но я слишком хорошо чувствовал, что он не договаривает, ведь удерживал действие третьего глаза с того момента как мы начали снижаться.