— Спасибо, — поклонившись, сказал Максим. — Я обязательно подумаю, где можно применить мои невеликие навыки.
Кивнув, я проводил Краснова взглядом. С прошлой встречи он изменился ещё больше. Стал более спокойным и собранным, можно даже сказать, отрешённым. Резонанс рядом с ним действовал, это я проверил в ходе беседы, но что-то меня в нём всё же смущало. К сожалению, я никак не мог понять, что… поведение вполне можно было списать на травму, тем более что внутренние органы и мозг товарища не пострадал…
Покачав головой, я отдал приказ тщательней наблюдать за каждым из пришедших добровольцев и выбросил глупые мысли из головы. Кристаллы и инициация одарённых — мне было чем заняться.
Глава 3
— Что с обществом Теслы? — спросил я во время очередного заседания малого совета. Уничтожение крупного отростка у Днепропетровска позволило разгрузить войска, а появление регулярного добровольческого корпуса из последователей ордена Александра, дать возможность для ротации на передовой. Поэтому сегодня в переговорной со мной сидела почти половина генштаба.
Сейчас после объявления болезни Екатерины, я формально являлся главнокомандующим, а уничтожение синим пламенем тварей дало мне существенный карт-бланш не только в церковных, но и в армейских кругах. Хотя я и понимал, что генералы, министры и советники будут проводить собственную политику, но обозначить свой интерес и позицию, которую они не смогут игнорировать, было необходимо.
— Послы при Лиге Наций провели уже несколько встреч, создан объединённый комитет по европейской безопасности, в которой мы представлены, идут активные обсуждения… — отчитался граф Боженов, генконсул при Лиге Наций.
— Однако никаких реальных подвижек нет, — мрачно проговорил я.
— Поверьте, ваше высочество, мы делаем всё от нас зависящее, — склонился граф. — К тому же не только мы, все европейские страны кровно заинтересованы в том, чтобы обуздать ужас зоны как можно скорее. Все династии Европы в один голос выражают своё недовольство происходящим. Но, боюсь, сейчас мяч на стороне общества.
— Бесполезно от них что-то требовать, — заметил Пётр. — Они всегда были себе на уме, а последние лет двадцать и вовсе, действуют скорее во вред декларируемым принципам или попросту игнорируют их.
— То есть мы предоставлены сами себе, как я и думал, — кивнул я.
— Это не совсем так, ваше высочество, — возразил консул. — Ваш двоюродный дядя, его императорское величество Ричард Английский, выказывает вам всяческое уважение и готов немедля признать ваши притязания на трон. Как и президент Рузвельт Пятый, уже приславший верительные грамоты и настаивающий на том, что ваше восшествие на трон — это свершившийся факт.