Лишь Таран каким-то чудом умудрился отскочить в сторону, поставить еще один щит, но его тут же отбросило и впечатало в землю. Автоматные очереди били вверх, по кронам деревьев, но снайперам и так не на кого было охотиться. Стандартные синие пули по условиям игр тяжелые доспехи не били.

Пресс, обрушившийся на бурята, на мгновение исчез, Герб будто споткнулся, отступив на полшага, но тут же уперся в невидимую стену и шагнул вперед. Для остальных — невидимую, я хоть и с трудом, но мог разглядеть с такого расстояния едва видимую радужную плоскость. Правда, ни мне, ни Тарану от этого легче не было.

Зато на эту схватку отвлеклись почти все, я успел пробежать еще дальше и зашел в спину подкреплению альфовцев. Пять еще находящихся в боевом положении доспехов. Но ненадолго — у меня хватало гранат, благо я выскреб все боеприпасы из ящиков, и даже в ранце у меня лежало еще с десяток.

— Эй, парни, у вас спина в чем-то оранжевом! — крикнул я, зарядив первым двум гаранты. В таких доспехах можно было и не почувствовать попадание, а потому они заозирались, осматривая друг друга. Даже оружие опустили, за что тут же и поплатились, потеряв еще двух бойцов. Последний попробовал сопротивляться и даже щит поставил, хоть и слабенький, но с доспехами он явно пока был на вы, а потому я просто оббежал его по кругу и засадил гранатой в упор, тут же прыгнув обратно в окопы.

Время играло не на меня. Пока я расправлялся с пятью рыцарями, оставшуюся группу Тарана и его самого все же выбили. Герб победоносно поставил на наградную пластину брони стальную ногу и выпалил из гранатомета в упор. Вот же урод, ведь знает, что это было не обязательно. И все равно…

* * *

Строганов с большим сомнением смотрел на происходящее на полигоне. Больше всего это напоминало не показательные военные игры, а… ну да — самую настоящую войну. С партизанщиной, засадами и хитростями, за которые в мирное время можно и погон лишиться. Понятно, что все это для кадетов в новинку. Даже странно, как они додумались до такого ведения боя. Но все же…

Доволен ли будет граф Суворов? Понятно, что он совершенно не такого развития ситуации ждал, Меньшиков как-то сумел договориться со старым сослуживцем Мирослава, пусть не другом, но доверенным лицом — князем Долгоруковым, еще недавно возглавлявшим всю жандармерию, а сейчас ставшим советником императора. Одним из доверенных лиц.

Сыграла ли в этом роль смерть его дочери, невесты Романа Суворова? А если да, то как? Почему вообще он выступил на стороне Меньшиковых? Чем его умудрился купить Константин, при том что глава рода больше трех месяцев скрывается неизвестно где? Слишком много вопросов, на которые у Василия нет и не могло быть ответов.