Инстинктивно подставив руки, я зажмурился, но не почувствовал удара, лишь небольшое сопротивление, когда мои костяшки соприкоснулись с вражеским «прессом». Удивленно посмотрел на противника, который, чертыхаясь, создал еще один конструкт, и я дарил прямо по надвигающейся стене, которая лопнула!

Пробойник! Твою ж мать, как я мог забыть?

Не теряясь, я выстрелил в голову ближайшему рыцарю, попытавшемуся выбраться из окопа. А затем разрушил уже третий конструкт — щит последнего соратника Герба. Разрушил совершенно сознательно — ударив того по кумполу.

— Эй? Какого… — попытался возмутиться рыцарь, но ему на лицо тут же плюхнулась оранжевая клякса.

Герб молча обшаривал стальной перчаткой подсумки, но все они были пусты.

— Сдавайся, я не хочу тебя калечить! — наконец произнес он, поняв, что патронов к автомату больше нет. — Я пустой, мне придется использовать резонанс.

— Как в два прошлых раза? — усмехнулся я, быстро перезаряжая гранатомет. — Ну давай, попробуй.

— У тебя нет шансов, я свой щит не потеряю, — выругавшись, произнес Герб. — Не говори, что я не предупреждал…

Диск, или серп, как его ни назови, полетел мне в ноги. Я едва успел подпрыгнуть, когда конструкт зарылся, уйдя в землю сантиметров на двадцать. Ого, да таким и убить можно, и никакие легкие доспехи не спасут.

— Хватит прыгать, обезьяна! — взревел Герб. — Тебе же будет хуже!

— Ты вначале попади, кривой, — фыркнул я, оббегая его по дуге и постепенно приближаясь. Надо отдать должное, он попробовал. Больше того, если бы я не видел конструкты — у него бы получилось. Диск поверху — пригнуться, пропуская его над головой, и тут же уйти в перекат, пропуская второй. Затормозить и тут же в другую сторону. Разбить мчащийся на меня пресс…

Пять метров. Диск. Пресс. Диск. Щит. Еще один. Диск. Если в первые секунды Герб обходился мыленными командами, то сейчас махал руками, словно мельница, помогая себе создавать конструкты. Мне тоже приходилось нелегко. Уворачиваться от них на такой дистанции оказалось почти невозможно, и я просто бил по подлетающим ко мне прозрачным плоскостям.

Пока внезапно для себя и противника не оказался впритык к доспеху. Он среагировал как мог, сгребая меня стальными лапами, но я тут же рухнул на землю и выстрелил.

— Р-а-а! — заревел, как раненый медведь, Герб, забрало шлема которого полностью покрылось краской, и я уже думал, что он меня попробует растоптать, но вместо этого он лишь пнул ближайший земляной холмик. Ну, мне тоже показалось что земляной, но, судя по металлическому звону и сдавленному мату, это была толстая стальная труба, а ноги внутри доспеха у Герба в одних носках.