— Детей на фронт посылать? — мрачно проговорил Юсупов. — Нельзя до того доводить. Пусть выучатся вначале, хоть конструкты освоят.

— Согласен, детям на фронте не место, — кивнул император. — Учиться и только после этого работать. Пока же они будут только мешать. Пока готовятся переговоры, вам, Мирослав Васильевич, предстоит создать оборонительные рубежи. Больше терять флот мы себе позволить не можем. Знаю, не ваша вина. Все произошло слишком неожиданно, но теперь вы отвечаете за это направление. На этом у меня сегодня все. Все свободны, господа.

Кланяясь императору, кто слегка, а кто почти в пояс, военные и служащие начали выходить из зала.

— Сколько? — устало проговорил император, когда в кабинете остались только он и его самое доверенное лицо, его тень.

— Пятнадцать тысяч двести, — ответил советник, стараясь, чтобы голос не дрогнул. Это было… слишком, и он это прекрасно понимал.

— Убери всю чернь, отпрысков дельцов и чиновников, — массируя двумя пальцами переносицу, приказал император. — Ну?

— Все равно больше трех с половиной тысяч, ваше величество, — чуть тише, но все так же ровно ответил советник. — Запасов даже на этот год не хватит.

— Безумная пакостная тварь, — прорычал самодержец, едва сдержавшись, чтобы не ударить по столу, но все же взял себя в руки. — Сколько у нас есть?

— Если считать алмазный фонд и лабораторные запасы… если взять отбраковку… — начал перечислять советник. — Две тысячи триста восемьдесят кристаллов. Но далеко не все из них…

— Довольно. У княжичей не должно возникнуть вопросов. Так что начните с них… и не забудь про графа Суворова. Пусть инициацию осветят все СМИ, покажут, что в этом году кристаллы получают самые достойные, — проговорил император, чуть выдохнув. — О них и так в половине империи говорят, так используем это на благо страны.

— Но как же… там же есть чернь, ваше величество? — с едва заметным неудовольствием спросил советник. — Пусть на бояр хватит на всех, даже некоторым дворянам не удастся пройти инициацию в этом году. А они рассчитывают на это. Будут недовольные.

— Так сделай, чтобы не было! — гаркнул правитель, но тут же выдохнул и вновь помассировал переносицу. — Не мне тебя учить работать со СМИ. Кадеты должны получить лучшее. Так, чтобы камеры засняли все, улыбки, новогоднее настроение, гордость… служба отечеству и все подобное. Ты знаешь. Иди!

— Слушаюсь, ваше величество, — поклонился советник и вышел, аккуратно притворив за собой двери.

Император повернулся к окну, посмотрел на искрящую разноцветными гирляндами новогоднюю елку, установленную во дворе. Новый год… в ближайшее время подавить недовольство будет легко, пойдут слухи и кривотолки, но с ними справятся лояльные СМИ. А вот дальше… У него будет двенадцать месяцев, чтобы закончить эту войну. Любыми средствами. Иначе империя падет.