По возвращении никто не сказал ему ни слова, но он чувствовал, как изменилось к нему отношение. Все. Жесткий и жестокий лидер умер. Кончился авторитет. Через сколько его пошлет нахер Олег, который и так смотрит на него косо с момента наказания за жестокое обращение с его бабой? А Игнат? Федор? Нужно смотреть правде в глаза: его власть кончилась. И конец ей положил случайно забредший лесник. Избил его, проволок по двору на глазах его людей, и… не убил.

Андрей скривился и отхлебнул из кружки.

Все время, с того момента, как бывший геолог стал во главе сначала небольшого отряда выживших, а после — и целого поселения, он воспитывал в себе жесткость. Не давал спуску ни себе, ни людям. Оступишься — все. Сожрут. Оно и раньше человек человеку совсем не друг, товарищ и брат был, а после того, как вся нежно взращиваемая веками цивилизация рухнула, стало еще хуже. Чтобы выжить, нужно было стать хищником. И желательно — самым опасным. До сегодняшнего дня у него это получалось вполне успешно.

Привычная жизнь закончилась двадцать лет назад, когда радиостанция геологоразведочной экспедиции разразилась сигналом атомной тревоги. Сначала они не поверили. Посчитали глупым розыгрышем. Задумались, лишь когда пропал сигнал и в эфире не осталось ничего кроме завывания статики. Ни на одной из частот. Везде сухой треск. Ни развлекательных радиостанций, ни позывных других отрядов, блуждавших по тайге, ни переговоров военных или спасателей. И так — несколько дней.

Нет, они слышали, не могли не слышать далекий грохот. Видели вспышки, озаряющие небо далеко на горизонте. Видели, что солнце зашло и всходить не собирается. Но одно дело видеть внешние признаки, и совсем другое — поверить. Верили они совсем в другое. Человеку вообще свойственно верить в лучшее. Однако покидать импровизированный поселок в три избы геологи не решались. Когда почему-то никак не начинается день, а с неба валит снег вперемешку с пеплом — как-то оно боязно.

Первым слетел с катушек обычно спокойный и уравновешенный Серега. За несколько дней до того, как рация издала пронзительный вой и навсегда пропала связь со спутником, через который геологи ходили в интернет, он разговаривал с женой по видеосвязи. Та показывала Сереге дочку. Маленькую, пухленькую и забавную девчонку, родившуюся сразу после Серегиного отъезда. Он просто вышел из избы, когда все спали, забрал ружье, часть припасов и снегоход, и растворился в темноте. Куда он поехал, как собирался добираться до и без того далекой, а сейчас и вовсе недосягаемой Москвы — непонятно. Но он ушел. Чтобы никогда не вернуться.