— Юль, — Захар обратился к девушке, и она, как обычно, повернулась к нему рывком, уперев в лесника несколько странный взгляд. Странный или непривычный. Иногда ему казалось, что когда-то так же на него смотрела его Аня. Но скорее всего — просто казалось. Давно это было. — Юль, а Антон пытался пройти здесь?

Судя по тому, что он слышал о Ферзе, тот был единственным мужиком с яйцами во всем убежище. И если кто и мог пройти здесь — так это он.

— Пытался, — кивнула девушка. — Я тогда с ним была. Он спустился вниз… и очень быстро вернулся. И при этом на нем лица не было. Это он запретил нам ходить сюда. Только не объяснил ничего. Сказал нельзя — и все.

— А что рыночные? Тоже не ходят? — поинтересовался Захар. — За все это время не пытались? А жестянщики эти ваши?

— Рыночные потому и не пытаются дорогу поверху расчистить, чтоб жестянщики к ним не ходили. А то как гости придут, так и не досчитываются одного-двух человек.

— Серьезно, что ли? — вскинул брови Захар. — Они правда людоеды, что ли?

— А ты думаешь, мы шутки тут шутим? — неприятно скривился Игорь. — Вот и думай, кого ты в союзнички привлечь хочешь.

— Кого и куда я хочу — не твое дело, — буркнул Захар. — Твое дело — по сторонам смотреть, чтобы нас раньше времени не схарчили.

Почему-то в нем сейчас проснулось раздражение. Все же не нравился ему этот парень. Вот только выбирать было не из кого.

— Ладно. Пошли. Нечего рассиживаться. — Захар выпрямился, поправил ремень ружья и первым сделал шаг вперед. — Веди нас, Сусанин, — обратился он к Денису. Вот только следопыт остался стоять на месте. — Эй, дружище, ты меня слышишь? — Захар помахал широкой ладонью перед лицом парня. — У-ру-ру! Пошли, Денис.

Следопыты переглянулись, но с места не тронулись.

— Эй, вы чего, ребята? — Лесник начал выходить из себя. — Чего стоим, кого ждем, а?

В ответ — тишина. Захар вгляделся в побледневшие лица и понял, что сдвинуть парней с места у него вряд ли получится. Где-то там, далеко, в относительно уютном и безопасном убежище рассуждать о том, как они пройдут переход, можно было сколько угодно. А вот оказавшись в его непосредственной близости — это совсем другое дело. Очко на минус сразу, и все.

— Ну ладно. Следопыты, чингачгуки, блин. Я вашу позицию понял. Хрен с вами, стойте тут. Я сам туда пойду. Но когда я вернусь, то погоню вас вперед пинками. Болючими и обидными. При девушке. А кто будет кочевряжиться — я тому колени перебью и здесь лежать оставлю. В «Повесть о настоящем человеке» поиграете. Хватит сил до школы доползти? — Кажется, сейчас Захар действительно разозлился. — Тьфу на вас, с-салабоны! — Лесник перехватил дробовик и пошел вперед.