Два бойца рванулись вперед и, подхватив полковника, перекинули его через прутья, огораживающие клетку. Трегубов снова заорал от боли, неловко подвернув под себя сломанную ногу. Послышался невнятный хрип, и грязная туша неимоверно старого кабана медленно заворочалась в углу. Хряк поднялся на ноги и, с трудом переставляя конечности, двинулся в сторону полковника. Слепые глазки смотрели мимо, но большой, грязный пятак, подобно локатору, вел животное на запах крови. Подойдя к полковнику, кабан открыл пасть, и Трегубова обдало густым смрадом. Когда мелкие, редкие зубы впились в его тело, он снова, который раз за этот сумасшедший день, заорал. Но его никто не слышал. Бойцы, не желавшие до конца смотреть на сцену жуткой казни, уже покинули хозблок.

* * *

Кобыев, всхлипывая, полз по узкому техническому туннелю. Сволочи, какие же все они сволочи! Как они могли… как они могли так поступить с тем, кто подарил им жизнь! Да если бы не полковник, они бы все давно погибли от холода и радиации! Именно он дал им всем шанс, а они так бесчеловечно с ним обошлись! Самое обидное, что Кобыев не мог понять мотивов этих людей. Когда вооруженные бойцы ворвались в спальню к полковнику, рядовой еще спал. Проснулся он от того, что с него рывком сорвали одеяло. Ничего не понимающий Кобыев рефлекторно скорчился в позе эмбриона, пытаясь прикрыть свою наготу, но мощный удар под зад сбросил его с кровати. Ствол автомата ткнулся ему в лицо, разбивая губы, неприятно скрежеща по зубам и раздирая десны.

— Где полковник? — гаркнул один из бойцов.

— Я… я не знаю… — пролепетал перепуганный вконец Кобыев.

— Уверен?

Страшный удар в пах застал его врасплох. Слезы так и брызнули из широко распахнутых удивленных глаз.

— Я, правда, не знаю! — прохныкал Кобыев. — Я… я спал!

— Ну что, шлепнуть сучку? — видимо, ему поверили и теперь, все так же уперев ствол автомата ему в рот, бойцы решали его дальнейшую судьбу.

— Может, не надо? — с сомнением в голосе протянул второй боец. — Глянь, как он ствол облизывает! Не зря же полковник его к себе забрал. Видать, хорошо получается! — Бойцы заржали.

— Ладно, пусть живет пока. Потом проверим. — Даже в маске было видно, что боец плотоядно усмехнулся. — Живи пока, мразь.

Потом Кобыев слышал какой-то шум, стрельбу, а когда всех погнали на свиноферму, он тоже пришел, но вперед не лез, робко выглядывая из-за чьей-то спины. Увиденное в хозблоке потрясло его до глубины души. Его кумира, человека, за которого он, не раздумывая, отдал бы свою жизнь, сначала жестоко изувечили, а потом забросили в клетку к страшному кабану-людоеду! Кобыев снова не удержался и заплакал. Ну, за что они с ним так? За что? Ну, ничего! Он им отомстит! Утирая слезы свободной рукой и без конца поправляя неудобную трубу, болтающуюся за плечами, Кобыев упрямо полз вперед. Наконец он добрался до конца туннеля и, спустившись по скобам, вмурованным в стену, вниз, с трепетом посмотрел на открывшуюся ему картину.