Надо сказать, армия Люциана, как, впрочем, и само королевство, оказалось небольшой: я сумел насчитать примерно двести штыков. Однако действовала эта «игрушечная армия» довольно слаженно: шатры вставших лагерем частей располагались под прикрытием восьми небольших орудий, развернутых в земляных редутах. Сейчас в лагере царило оживление: горнисты наперебой трубили короткую отрывистую мелодию — значения этого сигала я не знал, но под звуки горна из шатров выбегали солдаты, выстраиваясь в четыре шеренги примерно по пятьдесят человек в каждой. Позади пехоты ждала своего часа конница: отряд легкой кавалерии, вооруженной саблями. Поднявшееся над горизонтом солнце тревожно поблескивало на клинках и начищенных до блеска кокардах всадников.
— Ну, чего там? — засопел мне в ухо Холт, не имевший возможности рассмотреть диспозицию так же хорошо, как и я.
— Похоже, готовятся к атаке, — я протянул другу подзорную трубу. Тот жадно сгреб ее обеими руками и приник к окуляру — когда спустя пару минут я решил, что с него хватит, отобрать оптический прибор вышло далеко не с первого раза.
Тем временем, предчувствия меня не обманули: на противоположной стороне долины показался противник. В отличие от солдат Люциана, облаченных в единообразную серо-синюю форму, мятежники были разодеты кто во что горазд, да и передвигались неорганизованной толпой, ничуть не напоминавшей хоть какое-то подобие строя. Оружие также отличалось завидным разнообразием: издалека подробностей было не разглядеть, но в руках наступавшей толпы я различил и тяжелые штуцеры, и дульнозарядные охоничьи ружья, и даже древние мушкетоны с кремниевыми замками.
Снова грянули пушки и посреди поля вспухли белые облачка разрывов. Судя по тому, как падали тут и там наступавшие, королевские артиллеристы стреляли картечью. Мятежники отвечали нестройной пальбой, но на таком расстоянии оружейный огонь был неэффективен и никакого урона обороняющимся не наносил. Я навел подзорную трубу на ближайший редут: рядом с пушками двое солдат ладили к земляному валу скорострел. Что ж, грамотно. Скорострелы мало того, что быстро перегреваются, еще и позволяют прицельно стрелять только на очень близком расстоянии, на дистанции разброс пуль получается слишком большим, и летят они куда угодно, но только не туда, куда надо. Однако если противник прорвется к орудиям вплотную, остановить его очередями из скорострелов будет несложно.
Тем временем мятежники подошли ближе, и за дело взялась пехота. Первый ряд солдат опустился на колено и взял ружья наизготовку, второй также приложил приклады к плечам. Залп! На расстоянии выстрелы походили на треск ломающихся сухих веток. Ряды солдат в синих мундирах окутали клубы порохового дыма, и когда он рассеялся, в них обнаружились прорехи: наступающие тоже не теряли времени даром. Но тут протрубил горн, и два задних ряда пехоты слаженно шагнули вперед между своими отстрелявшимися товарищами. Передняя шеренга вновь опустилась на колено, задняя осталась стоять, в то время как оказавшиеся в арьергарде бойцы принялись деловито перезаряжать оружие. Снова залп, похожий на треск горящих поленьев в костре. Наступавшие, потеряв чуть ли не половину своей изначальной численности, дрогнули и побежали назад.