* * *

Денис и Лукьян, проводив меня, отправились обратно к воеводе. Я же, зайдя в дом, обнаружил Анну Павловну, собирающуюся на рынок. Леля всё так же, не приходя в сознание, лежала на диване в гостиной.

Травница заметила мой обеспокоенный взгляд.

— Боренька, с ней всё хорошо. На самом деле, очень сильная девочка, таких крепких я ещё не встречала, но ей нужно время. Процесс небыстрый.

Я уже увидел, что, хоть ученица ведьмы и была всё такой же бледной, с кругами под глазами, и со впалыми щеками, но и вправду она уже не выглядела умирающей.

— На рынок?

— Ну так денежки сами то не растут, как мои травы, — Анна Павловна рассмеялась.

Я тут же спохватился. Вот же я бессовестный дурень! Мало того, что сами с Захаром теперь на её шее, так я ещё и притащил ей в дом больную девку: «Знакомьтесь, Анна Павловна, это Леля, она будет жить с нами!»

Ну охренеть, и вправду почувствовал себя бестолковым лбом, сидящим на чужой шее. Это при том, что у меня в шкатулках золота хоть отбавляй.

— Анна Павловна, насчёт денег не беспокойтесь, — тут же засуетился я, — Я всё дам, вы только скажите, сколько надо…

— Ой, да мелочи же, Боренька! Да и мне полезно, вот так свои навыки-то вспоминать, да проверять. А то ведь забуду всё! — она постояла, задумчиво глядя на девушку, и добавила, — Я, конечно, в чёрной волшбе-то не мастак, а вот в белой кой-чего да смыслю. Видела я таких на своей жизни, с который колдуны жизнь вытянули… И вот эта девица свою душу как-то сохранила! И встанет, и пойдёт, и ещё до обидчиков своих доберётся, прям чувствую, когда на неё смотрю!

— До обидчиков уже добрались, — усмехнулся я, — Анна Павловна, на рынке вас много новостей ждёт. Чтоб не было недоразумений — никакой девушки я вам не привозил, да и вообще я телохранитель княжны теперь. Всю ночь её покой охранял… Ну, то есть, княжны нашей, Дарьи Никитичны Ростовской.

— Ах, — Анна Павловна вдруг обняла меня, на её глазах брызнули слёзы, — Если б твоя матушка только видела тебя, Боренька! Какой молодец! А уж Петровна как обзавидуется, грымза старая, с помелом своим острым!

Травница рассмеялась, вспоминая свою соседку по торговой лавке, болтливую и грубую толстую орку. А я, услышав слово «острый», вдруг спросил:

— Анна Павловна, а вы знаете бортника Острозуба?

— Конечно! Лучший мёд делает у нас под Качканаром. Я у него на болоте бываю, он меня к редким травам выводит.

— Болото, которое на реке Шумихе?

— Да, да, вёрст десять отсюда. Правда, за Полуденный Рог идти надо, места там неспокойные… А зачем он тебе?

Я поджал губы, придумывая причину. К счастью, Велена шепнула идею, и я быстро оправдался: