Граф воздел палец к небу и застыл, будто ожидал аплодисментов. Но в ответ послышалось лишь редкое покашливание да сопение.

— Думаю, завтра мы продолжим в это же время. Надеюсь, для вас в полдень не слишком рано? — и Додон Кириллович, зевая, отправился к карете, стоящей у задних ворот дружинного двора. Оттуда уже бежали его слуги, пронырливые эльфы и орки, чтобы подать руку да помочь взобраться на ступеньку.

Карета должна была провезти профессора пару сотен метров до особняка барона Демиденко… Сам Иван Вячеславович, кстати, на это учебное мероприятие вообще не явился. Видимо, подозревал, какая реакция будет у воеводы, и решил уже потом с ним переговорить на эту тему.

Хотя, на самом деле, я подозревал, что у барона Демиденко в связи с ночным пожаром сейчас и так проблем хватало.

— В нутро он заглянул… — прошипел Платон Игнатьевич вслед карете с учёным, а потом взорвался, — Сказал бы я, куда он огру заглянул! В какую самую потаённую суть, на хрен!!!

Его громогласный рёв пронёсся по ристалищу, даже отразился эхом от частокола и, кажется, поднял пепел с прогоревшего кострища у скамеек. Тяжёлым взглядом он окинул сидящих, потом его глаза застыли на мне.

— Грецкий! — он мазнул головой в сторону гридницы, — За мной!

Я бы мог ему сказать, что вообще-то не обязан его слушаться, но портить отношения с одним из союзников совершенно не желал. А воевода, кстати, махнул ещё двоим — Денису и Лукьяну.

— Остальные — по брёвнышку, и до Малой Луковой… бегом!!!

Надо было видеть, с каким облегчением мы последовали за воеводой, и с какой завистью смотрели нам в спины.

Вскоре мы прошли в пустую гридницу, полную застеленных кроватей, и Платон Игнатьевич захлопнул дверь. Кивком указал нам садиться на топчаны у потухшего камина.

— Гре… — тут воевода, нахмурившись, осёкся, — Борис, мне один наш общий знакомый донёс о твоей просьбе.

— О двух личных помощниках?

— Да! Так вот, пока ещё придёт этот указ-приказ, они уже могут с тобой ходить! — он ударил кулаком в ладонь и потёр костяшки, — В нутро он глядит, гений грёбанный!

— Борис, ты должен взять в поход Лелю! — послышался голос Велены из какой-то блестящей плошки над камином.

— Платон Игнатьевич, тут такое дело…

Воевода зыркнул на меня так, что я сразу почуял — он уже практически нашёл виноватого во всех бедах. Судя по его взгляду, это я притащил сюда Всезнавского, да ещё лично обучил его всей той околесице, которую он тут нёс.

— Ну⁈ — рыкнул Платон Игнатьевич.

— Девушку мне надо будет взять с собой ещё одну…

Денис с Лукьяном переглянулись, а с воеводы вдруг сдуло всю злость.