Кто-то додумался зажечь волшебный фонарь, но моя трансформация к этому моменту завершилась. И, к счастью, моему спектаклю поверили. Но вот глаза жгло нещадно…

— Это он! Это он! — с лестницы верещал старик, которого я связал и оставил на диване. Он тыкал пальцем в обезображенного эльфа и едва ли не прыгал от радости, — Угрожал мне!!! Сме-е-ерть отступнику!

— Ну что, допрыгался, Луносветов? Ты виконта убил, ты представляешь, что за это будет?

Кажется, в ответ послышалось мычание, но эльфа подняли и пару раз добавили ему по почкам. Уронили и добавили ещё пару ударов ногами.

— Мычи, мычи, дерьмо ушастое!!! Недолго тебе осталось! — и новый град пинков. Кажется, теперь надо было оттаскивать уже их… А я ещё переживал, что лицо менять надо. Новые палачи быстро превратили его в одно кровавое месиво.

Били не меня, как в том анекдоте, но внутренне я весь сжался… Звери! Выродки! Убьёте же!

Так-то меня не особо интересовала жизнь этого бедолаги, хотя совесть чутка и клевала. Но если он умрёт, что будет со мной⁈ Если мой донор окажется мертвецом, то как бы мне не превратиться в какого-нибудь упыря. Куцый, только живи!

— Спокойно, Борис. Главное, чтобы они сейчас ушли.

— Катьян, помоги Куцему до «Золотой волшбы» добраться…

У меня тут же вырвалось:

— Да я сам!

Не хватало мне ещё, чтобы какой-то Катьян и куда-то меня тащил. Что за имя вообще — Катьян⁈

— Приказы не обсуждаются!

Жмурясь, я наблюдал, как бедного лже-Сержа за ноги протащили по лестнице наверх, словно какой-то мешок. И если сначала я молился, чтобы его не рассмотрели, как следует, то теперь, чтобы его здоровья хватило до конца моего превращения!

— Лекарь в «Золотой волшбе», — сказал мой спутник, которого я толком не видел. Я лишь кивнул в ответ, слушая, как хлопнула входная дверь, и как подвал погрузился во полумрак. Фонарь исчез вместе с остальным, и стало чуть полегче.

Затем, когда мне помогли облокотиться на чужое плечо, мой клинок аккуратно въехал в подбородок сердобольному напарнику. Тот как раз смотрел наверх, на лестницу… Я тут же аккуратно уложил его на пол, ведь мне нужна была его накидка, не запачканная в крови.

Моё сердце бешено билось, пока я снова переодевался. Затем, сунув под мышку невидимый ларец, я быстро пошёл к выходу. Следовало убираться как можно скорее, ведь судьба отвалила мне сегодня явно всё своё везение.

— Ааа!!! — я охнул, выйдя из подвала. В глаза словно песка насыпали… Грёбанное «ночное зрение»!

—А вот надо было слушать меня…

— Велена я тебя прибью! Как только воскрешу, точно прибью!!!

—Жду с нетерпением!