—Стой! Закрой ворота!

Мотая головой, я грохнул створкой, и Велена тут же прошептала:

—Приложи ладонь! Я сейчас потеряю сознание, а дальше сам, Грецкий!

Послушно положил руку на ворота, я вдруг узрел ярко вспыхнувшую чёрную руну, будто бы изошедшую из моих пальцев и впитавшуюся в доски. Велена что-то громко крикнула, и дерево туго скрипнуло, когда чёрные руны расползлись по воротам.

Больше ничего не произошло, но Велена успела произнести затухающим голосом:

— Бе… ги…

Повторять дважды мне было не надо, и я, подхватив под одну руку ларец, а под другую папку, побежал что есть сил. Сзади вдруг гулко грохнуло, и мне даже почудилось, что мостовая под ногами вздрогнула. Ну да, очень мощный салатовый! Эх, как же мне повезло, что он разминулся с теми эльфами…

Я уже завернул в закоулок, где едва не споткнулся о какие-то ящики. Видел я всё так же плохо, поэтому, когда пролетел через проезжую часть в следующий проулок, чуть не попал под колёса какой-то повозке.

Но всё же, пробежав до конца узкого переулка, резко остановился и выглянул. Кое-как разглядел улицу, и это оказалась та, которая как раз вела к городскому рынку… Так, без паники, дальше всё делаем спокойно.

Куда мне дальше идти, я не представлял, но всё же поправил одежду и причёску, протёр рукавами лицо, отчего глаза засаднили ещё больше. Сунул папку за пазуху и спокойно вышел, чтобы смешаться с утренней толпой.

Мозги у меня были всё ещё на месте. Не будет же тот страшный эльф четвёртого круга гнаться за мной по улице и крушить всё направо и налево? Поза у меня, конечно, была немного странноватая — один локоть оттопыривался вверх, ведь мне приходилось нести под мышкой невидимый ларец. То и дело я спотыкался и натыкался на ругающихся прохожих, потому что глаза так и жгло нещадно. Ночное зрение, чтоб его…

— Ох, ваше благородие, прошу извинять!

У меня чуть челюсть не отвалилась, когда оказалось, что я воткнулся в Захара, который как раз шёл с рынка. Он тащил в руках какой-то свёрток и дёрнулся, когда незнакомый эльф в кольчуге, который чуть не снёс его, вдруг схватил его за локоть и оттащил к стене.

— Ваша милость воинская, ни в чём я не виноватый! Извиняйте, прошу же! — орк тут же зажмурился, — Колдовством не балую! Барина моего в глаза не видел уже который день! Я же говорил вам! С гридницы я ушёл, как приказали!

— Где остановился? — тут же спросил я.

— У Анны Павловны, у травницы, здоровья ей отменного. Приютила меня, старого орка сиротливого, без хозяина оставшегося… Не видел я барина, не объявлялся он, ваше благородие!

— Веди, смотреть буду! А то вдруг врёшь!