— А что ж она, к примеру, с гномами не подписала договор? — спросил я.

Дарья Никитична даже обернулась, чтобы получше рассмотреть меня. Точнее, чтобы удостовериться, что именно я произнёс ту глупость, которую она только что услышала.

— С гномами⁈ — шепнула княжна, — Грецкий, ты сдурел?

—Борис, ты бы лучше поменьше таких глупых вопросов задавал, — хихикнула Велена, —С гномами у императора совсем другой разговор. И договор.

Я пожал плечами. Мне просто казалось, что раз гномы дружат с императором и даже заключают с ним какие-то договора, то что им мешает поработать на благо империи? Ведь гномы что-то добывают и продают, и ярь-поделия гномов, испещрённых жёлтыми рунами, я вижу в Качканаре частенько.

Княжна явно не собиралась объяснять мне прописные истины, но это охотно сделала Велена. Ведьме всё-таки было выгодно, чтобы её носитель — то есть я — поменьше попадал впросак.

—Гномы совершенно по-другому относятся к сделкам, — терпеливо сказала ведьма, —С чем бы сравнить? О, Предтечи, даже не нащупаешь пример… Иссохни моя ярь, да вот ты же пример!

Я чуть повёл бровью. Я — пример?

—Вот тебе подарили иолит, и ты оказался должником. Это односторонний договор, где ты вообще не знал, что с тебя потребуют гномы… И так всегда и во всём у гномов! Договор окажется заключён тогда и там, когда и где ты не ожидаешь! — Велена говорила с чувством, как будто сама когда-то пострадала от подгорных коротышей, —А ту бумажку, что Ефратовили Жлобина подпишут с гномами, они же потом и не признают. Но могут под угрозой войны потребовать выполнение случайно брошенной фразы какого-нибудь конюха, которого сопровождал Ефратов, и который перекинулся парой слов с каким-нибудь гномом…

Я задумался. Да, ни о каких серьёзных делах с гномами тогда и речи быть не может. Стукнешься с ним руками, а потом окажется, что гном тебя не признаёт равным, сделал это из вежливости, да и вообще у него просто ладонь чесалась. Да ещё потребует ту гору золота, о которой в шутку сказал твой же слуга: «Мол, да он вас озолотит, только соглашайтесь!»

Можно было бы назвать это обычной хитрожопостью, вот только мой долг гномам существовал на самом деле, я это прочувствовал на себе уже не раз, при этом мой долг безо всяких бумаг распространился на всё гномье племя. Как вообще тогда вести с ними дела, если ты не знаешь, какое именно твоё слово для них важно?

—Вот теперь ты понимаешь. У императора, конечно, есть советники, которые изучают культуру гномов, но и они частенько делают ошибки. Как можно изучить то, что тщательно закрыто от чужих глаз?