Зато для своих — совсем другое дело.

Кто может быть более «своим» для ублюдков, бандитов, наркоторговцев, сутенеров и прочей мафии? Истинный князь? Вполне. Парочка гвардейцев императора? Обязательно. Хотя… почему парочка?

— Вот тебе, бабушка, и Юрьев день! — удивился вслух я, вваливаясь в отдельную кабинку со столом, заставленным вкусно пахнущими блюдами, — господин Зальцев, а вы-то тут какими судьбами⁈

Молодой верзила, которого как-то раз дали в нагрузку нашей команде, посланной царем-батюшкой в Польшу, поперхнулся осетром и затеял кашлять. Сидящий около него и жующий жареного барана Парадин тут же с видимым удовольствием жахнул ладонью по спине горемыки, от чего тот чуть не укусил столешницу, а затем пояснил:

— Видишь ли, княже… После того, как с зеленожопыми не срослось, пошли шепотки, что наш Владимир просто мордой поторговал, стрельнул пару раз, а потом в дамки ушёл, по красоте. Когда-ж ты прокашляешься… на еще!… ну так вот, чтобы у него морда от такого счастья не треснула, его ко мне нянькой приставили. Ходит теперь по пятам, ноет, мораль читает и донести грозится.

— А чего не убил? — буднично полюбопытствовал я, вызывая в содрогающемся Зальцеве еще одну волну захлебывающегося кашля.

— Да жалко как-то, — не стал щадить чувства напарника «чумной волк» императора, — Да и не за что. Он боится, не докладывает.

— И поэтому ты решил втащить его в заговор против императорской семьи? — надежда, что Зальцев всё-таки задохнется, крепла у меня каждую секунду. Не зря. Услышав такую подачу, молодой человек перекрутился в поясе по направлению к Матвею, поймал судорогу, грянулся мордой в салат и принялся там шумно стонать о чем-то своем.

— Кейн, хватит доводить моего напарника до кондрашки! — заворчал Парадин, отодвигая своего барана от пускающего пену напарника, — Заведи своего, а от моего отстань! У парня есть гримуар, есть здоровье, есть понимание, усек?

— То есть, тебе выдали ученика… — улыбнулся я.

Суду всё стало понятно. Так вот кого, вместо меня, хочет видеть Петр Третий у своего трона как цепного пса. Ну, преданности тут вагон, а остальное приложится. Если, конечно, Владимир не сломается от фокусов своего шефа.

— Людей Бронзовой Черепахи взяли почти всех, — спася подшефного, рассказывал, тем временем, мой собеседник, — Сама она ускользнула, несмотря на всю внезапность облавы. Кстати, помог ей твой этот китайский босс молодой, раскидал там всех голыми руками. Томилин, говорят, был в такой ярости, что отпаивали эликсиром, а потом в госпиталь увезли. Остальных загребли на допросы с пристрастием.