— И что? О чем вы с ним договорились?
— О оружии, естественно, — пожал я плечами, — Схватка должна была происходить на револьверах и гримуарах, а у него книга, в отличие от моей, насквозь боевая. Клаудхейм предупредил меня о планах князя, позволил выбрать форму схватки, составить план…
— А взамен?
— Первая половина цены за все это была в том, что я заставлю Крутова именно выпустить бретёра, выполнить заключенный между ними контракт. Деньги, полученные за этот бой, дадут сестре сэра Генри возможность прожить безбедно до смерти. Вторая — в публичном унижении князя. У бретёра не было времени мне рассказывать всю историю, но его на это дело рекрутировали отнюдь не добровольно, чем-то вынудили. Чем-то очень грязным. Мясник понимал, что не успеет, да и не сможет добраться до своего обидчика, а также подозревал, что Крутов вполне может его самого заказать после того, как тот убьет меня.
— … или пытать, чтобы отнять деньги назад, — лицо моей жены, узнавшей подробности, начало разглаживаться, — Но всё равно, то, что ты устроил…
— Ну, это…
У меня зазвонил разговорник. Достав его, я увидел номер вызывающего абонента, вздохнул, а затем, приложив магический аппарат к уху, бодро и верноподданически заявил:
— Зато я теперь совершенно точно не могу участвовать в заговорах против вас, Ваше Императорское Величество! Мне не с кем!
В динамике послышались звуки подавившегося криком человека.
Глава 22
Пиата сидела на высокой груде чемоданов и легкомысленно болтала ногами, напевая что-то довольно противное себе под нос. Кажется, какую-то портовую песню. Девушка была определенно довольна жизнью, чем крайне разительно отличалась от всех остальных жительниц пансионата, пребывающих в состоянии крайней суеты. Почти от всех. Сидящая рядом с высокой красавицей Зеленка с удовольствием грызла свежий бублик и тоже совершенно не парилась о происходящем.
— Не жалеешь, что хозяин от тебя так просто отказывается в который раз? — поинтересовался я, рассматривая эту экспозицию.
— Он все равно не знает, что со мной делать… — легкомысленно махнула рукой высшая эйна, — Да и я не знаю. А еще эта девочка его маленькая меня недолюбливает за что-то.
Действительно, и за что это другой женщине любить ослепительную высокую красавицу с потрясающими формами, готовую ради своего хозяина… на что? Ну вот кому хочется выяснить? Для того чтобы любить такую двухметровую шкоду, нужно иметь разум, интуицию и понимание как у Кристины Дайхард. Поэтому Пиата и едет с нами. Зеленка тоже.
Куда?
Ну, тут такое дело… что нас выгнали из страны за плохое поведение.