Генрих оторвался о плана и неверяще посмотрел на меня — Что то я сомневаюсь, что тебе удастся задуманное. Но если все же крепость сможешь хотя бы лишить пушкарей, то немедля получишь обещанный титул герцога. Вот только мне нужно подумать, какие земли тебе выделить.

Я указал на карту Польши — я согласен на захваченные вашим Величеством польские земли. Хотелось бы стать герцогом Курляндским, Прусским и Литовским.

Король усмехнулся — сразу три герцога хочешь, Луи?

Я пожал плечами — Только в том случае, если смогу обеспечить захват крепостей Вислоустье, Торунь и Варшавы. За каждую взятую без осады крепость по герцогству будет справедливо. Или вы так не считаете, ваше Величество?

Король покачал головой — Нет, я так не считаю. Ты прав, Луи. Бескровное взятие трех крепостей, тем более столицы Польши стоит того, что ты просишь. Вот только несколько лет, а то и десятки лет потребуется на восстановление жизни на этих землях. Ты же не будешь иметь со своих герцогств никаких прибылей. Наоборот — тебе потребуются огромные деньги на развитие захваченной земли. И не смотри так на меня своими честными невинными глазами! Ладно, не думаешь же ты что я тебе не помогу, тем более, что если мы заберем земли у Польши, они будут принадлежать Франции. Тут еще одна проблемка нарисовалась, как ты говоришь.

Я ожидающе навострил уши.

— Генрих поморщился — Папа просит освободить генерала ордена иезуитов и выслать его в Рим. В качестве извинения за его намерение меня убить папа прислал знаки своего высшего ордена на двоих человек. Так что ты, Луи, теперь еще и кавалер Верховного ордена Христа. Так что я отдал указание освободить организатора убийства. Как ты думаешь, опасно ездить по дорогам, пусть даже на почтовых каретах? Ведь вполне может произойти нападение разбойников уже после пересечения генералом границы Франции?

Я кивнул — Можно сработать более чисто — оступился, упал с переломом позвоночника.

Генрих довольно улыбнулся — Главное, что бы все выглядело естественным. Мне не нужен гнев Папы, итак меня все считают еретиком.

Гданьск был естественным портом и стратегическим пунктом, расположен у впадения реки Мотлавы в Вислу и на побережье Балтийского моря. Это обеспечило ему контроль над важнейшими водными путями, город получил значительные привилегии, которые касались автономии в проведении внутренней и внешней политики; самостоятельно выбирал должностных лиц, обладал правом на чеканку своих денег.

Доходы горожан от внешней торговли особенно возросли после открытия Америки, приведшего к быстрому росту в Западной Европе спроса на корабельный лес, поташ, зерно, мясо. Главными покупателями польских товаров были ганзейские, голландские и английские купцы. Запрет сделок между иностранцами заставлял зарубежных купцов и польскую шляхту пользоваться посредничеством гданьчан, что приносило последним огромные доходы. Наплыв в город богатых покупателей из числа шляхты подтолкнул к развитию ремёсел, прежде всего обработки металлов, ювелирного дела, текстильного производства, изготовления мебели, бумаги. Поэтому захват этого портового города сразу бы покрыл все расходы Франции на войну и Генрих это понимал, обещая мне за безопасную высадку десанта герцогскую корону.