— А я тут при чём? — председатель удивлённо развёл руками. — Это желание самих жильцов! Инициативная группа подала заявку на проведение. И Константин Дмитриевич там будет присутствовать как представитель застройщика. Всё строго по закону! Жильцы имеют полное право. Вот они и хотят заново рассмотреть вопрос по реновации.

— Вы прекрасно знаете, что это фикция, — оборвал я его. — Константин Дмитриевич просто хочет продавить голосование за снос, используя ваш липовый акт об аварийности.

— Я уже сказал: акт не мой! — огрызнулся председатель.

— А мне всё равно, чей он. Слушайте меня очень внимательно, Юлиан Иванович. Если на этом собрании Константин Дмитриевич с вашей молчаливой поддержкой продавит признание дома аварийным, я гарантирую вам, что штрафом за халатность вы не отделаетесь. Я подниму всех: от районной прокуратуры до Следственного комитета и Контрольно-счётной палаты. Мы вскроем асфальт во дворе и разберём отмостку. Мы закажем строительно-техническую экспертизу и проверим каждую копейку из тех миллионов, что вы перевели в «КапСтройТрест». Каждый мешок цемента пересчитаем!

Лицо председателя мгновенно посерело — видимо, он представил следователей с перфораторами, бурящих его «идеальный» фундамент, и перспектива ему категорически не понравилась.

— Не надо прокуратуры… — сдавленно пробормотал он, вытирая вспотевший лоб. — Что ты от меня хочешь, Илюша?

— Надо проводить новую, независимую экспертизу состояния дома, — сказал я, — которая докажет, что износ здания не превышает допустимых норм, и в сносе оно не нуждается.

— Проводите, — с готовностью закивал Юлиан Иванович. — Я вообще не против! Пусть эксперты всё осмотрят, я только за объективность!

— Она денег стоит. И немалых, — заметил я.

— Ну так соберите с жильцов целевым взносом. Если им так надо сохранить дом…

— Нам не собрать нужную сумму до собрания. Вы оплатите эту экспертизу, Юлиан Иванович.

— Я⁈ — председатель чуть не поперхнулся. — Из своего кармана⁈ Да ты с ума сошёл! Тебе надо, ты и оплачивай! У меня таких денег отродясь не было!

— Вы оплатите её со счёта ТСЖ, — невозмутимо уточнил я. — И это не предложение. Это ультиматум. Либо мы оплачиваем экспертизу, которая подтвердит, что ваш ремонт был качественным и дом не аварийный, либо… мы возвращаемся к варианту с прокуратурой и проверкой ваших смет на ремонт полуторагодичной давности. Десять лет тюрьмы или счёт за услуги инженеров? Выбирайте.

Юлиан Иванович сидел молча около минуты, тяжело дыша и сверля меня взглядом. Но инстинкт самосохранения победил жадность.