Я благоразумно решил умолчать о том факте, что, судя по реакции Степана, «максимум» находился где-то в районе тридцати — сорока миллионов, и я свой потенциал переговорщика объективно недоработал. Но разрушать триумф шефа было нерационально.
— Раз уж моя миссия на сегодня выполнена, — воспользовавшись моментом, произнёс я. — Можно я отлучусь по своим делам на остаток дня? Мне нужно сгонять в деревню к бабе Нюре.
Маньков широким, барским жестом взмахнул рукой и сказал:
— Сегодня тебе можно всё, Таранов! Поезжай хоть в деревню, хоть в Москву!
— И завтра я немного опоздаю.
— Да хрен с тобой! — сказал шеф, подталкивая Вовчика к выходу. — Если этот лохматый гений сегодня всё подпишет, и они переведут нам нашу долю, можешь завтра вообще на работе не появляться! Я тебе лично официальный выходной выпишу!
— Благодарю.
Маньков с Вовчиком направились к выходу, но уже в коридоре шеф вдруг затормозил, развернулся и крикнул:
— Кстати, Илюха! А что у нас там с салоном красоты? С этой… с Милорадовой?
— Ждём, — ответил я. — Ждём официального возбуждения уголовного дела. Салон использовал незарегистрированный препарат, экспертиза на руках, угрозы не сработали. Как только полиция даст бумагу, сразу идём в бой.
Шеф довольно оскалился, показав мне большой палец, и потащил счастливого Вовчика навстречу миллионам. А я полез в смартфон выяснять, где находится деревня Тихая Заводь и как туда добраться.
Глава 17
К зданию ювенальной полиции я подошёл ровно к девяти часам утра. Минута в минуту. Эта пунктуальность стоила мне немалых усилий: из деревни с поэтическим названием Тихая Заводь я вернулся глубокой ночью, поэтому на сон и восстановление сил у меня оставалась всего пара часов. Но это стоило того, я пожертвовал не просто так: теперь в моём портфеле лежала она — бумага, наделяющая меня реальными процессуальными полномочиями. Официально заверенная доверенность от бабы Нюры.
Вообще, утро началось вполне позитивно. Света своё вчерашнее обещание сдержала — на завтрак мой организм получил туземное блюдо под названием «яичница». Оказалось, что термически обработанный белок на удивление неплохо сочетается со странной красной бурдой, которую аборигены именуют «кетчуп». Таким образом, на встречу с инспектором по делам несовершеннолетних я прибыл сытым и в хорошем настроении.
Я толкнул дверь уже знакомого мне кабинета и вошёл внутрь. Женщина-майор восседала на своём рабочем месте, словно и не уходила никуда. А вот меню у неё изменилось: вместо бутерброда с варёной колбасой она сосредоточенно поглощала песочные печенья, запивая их чаем из огромной кружки. Увидев меня, инспектор перестала жевать.