Марко размышлял дальше. Информатор постепенно повышает ставки. Сначала карты бесплатно, теперь список за деньги. В следующий раз цена вырастет, а сведения могут стать серьёзнее. Или, напротив, среди правдивых деталей появится ложь. Британская разведка могла вести такую игру через местного человека: давать верную, но малозначимую информацию, чтобы завоевать доверие, а потом направить расследование по ложному пути. Марко не исключал этой возможности. Источник явно имел доступ к внутренним данным итальянской стороны. Но проверить всё равно было необходимо.
Он составил в уме план действий на завтра: поручить Риччи собрать косвенные сведения по каждому имени — но только тихо, без лишнего шума. Марко закрыл блокнот и убрал его. Он понимал риски: деньги отданы, сведения получены. Теперь оставалось ждать следующего шага от неизвестного.
Расследование по делу Бьянкини по-прежнему требовало результатов. Трое в камерах молчали, записная книжка Мебрата не давала новых зацепок, деньги капитана оставались пропавшими. Лейтенант прошёлся по комнате, обдумывая варианты. Информатор мог быть человеком, решившим заработать на стороне. Или частью сети, ищущим способ выйти из игры. А возможно, это тщательно спланированная операция противника. В любом случае Марко решил продолжать. Другого пути пока не было.
Он сел обратно за столик и ещё раз просмотрел список. География имён охватывала Аддис-Абебу и связи с Джибути — это совпадало с известными ему каналами. Марко отметил для себя несколько человек, которых можно было проверить в первую очередь. Один торговец часто ездил через границу, другой клерк имел доступ к графикам поставок. Такие детали могли помочь в расследовании.
Ночь за окном стояла тихая. Марко погасил лампу и лёг спать. Утром предстояло начать проверку, не раскрывая источник. День принёс новый этап в расследовании, и лейтенант был готов его пройти.
Глава 18
Сентябрь 1938 года. Окраина Берлина, воскресенье.
День выдался мягким и солнечным, с лёгким ветерком, который шевелил листья на деревьях вдоль тихих улиц. Хансен вышел из дома ближе к полудню. На нём была обычная светлая рубашка с короткими рукавами и тёмные брюки. Он дошёл до станции, спустился по ступеням и встал среди пассажиров. Хансен смотрел в окно, как мелькают станции и туннели.
Через полчаса он вышел на северной окраине, где район переходил в тихие улицы с невысокими домами и фабриками на горизонте. Зейдлиц уже ждал у выхода — в такой же неприметной одежде, с газетой под мышкой. Они обменялись короткими кивками и направились по улице к забегаловке, которую выбрали на этот раз.