Вскоре он уже знал имена почти всех постоянных посетителей чайханы на краю базара. Он знал, кто из них собирается в ближайшее время идти на север, кто предпочитает небольшие группы, кто имеет хорошие связи в северных провинциях. Он знал, какие товары сейчас лучше всего идут в Кабуле и какие лучше везти дальше на север.
Но о главном — о том, кто и как переправляет оружие или другие грузы через границу в британскую Индию — он пока не спрашивал. Он просто был здесь. Тихий, надёжный купец из Бадахшана по имени Мирзо Латифи.
Август продолжался. Город жил своей шумной жизнью, а Рахимджон Саидов продолжал свою тихую, незаметную работу.
Глава 9
Август 1938 года. Окраина Берлина, воскресенье.
День выдался тёплым, но не таким знойным, как предыдущие недели. Хансен вышел из дома ближе к полудню. На нём была простая светлая рубашка с короткими рукавами и тёмные брюки. Он дошёл до ближайшей станции, спустился по ступеням и смешался с редкими пассажирами выходного дня.
Вагон был полупустым. Несколько семей с детьми, пара пожилых женщин с корзинами и рабочие в выходных костюмах. Хансен сел у окна, глядя, как за стеклом мелькают туннели и станции. Поезд покачивался на рельсах, иногда издавая негромкий гул при торможении. Он думал о том, как быстро меняется всё вокруг. Ещё недавно такие поездки на метро казались обычным делом, а теперь каждая встреча с Зейдлицем требовала осторожности — даже в выходной.
Через полчаса он вышел на станции на северной окраине, где район переходил в более тихие улицы с низкими домами и небольшими фабриками вдалеке. Здесь Берлин выглядел проще: было меньше парадных фасадов, больше обычных людей, которые просто жили своей жизнью. Зейдлиц уже ждал у выхода — в такой же неприметной одежде, с газетой под мышкой. Они кивнули друг другу и пошли по улице в сторону небольшой забегаловки, известной среди местных как место, где можно недорого поесть и выпить.
Забегаловка занимала первый этаж углового дома. Над входом висела простая вывеска «Zum Alten Krug», а внутри пахло жареным мясом, пивом и табачным дымом. В зале стояли тяжёлые деревянные столы с лавками, на стенах висели старые плакаты с видами гор и несколько охотничьих трофеев. По воскресеньям здесь собирались рабочие, мелкие служащие и те, кто хотел просто провести день без лишних глаз. Сегодня народу было достаточно: за одним столом громко смеялись четверо мужчин в рубашках с закатанными рукавами, у стойки стоял парень с кружкой и рассказывал что-то бармену, а в углу семья ела горячее.
Хансен и Зейдлиц выбрали столик в дальнем конце зала — подальше от окна, но не в самом углу, чтобы видеть вход и при этом не привлекать внимания. Официантка, крепкая женщина лет сорока в белом переднике, подошла к ним почти сразу.