Молотов, который до этого слушал молча, вмешался в разговор, слегка повернувшись к Сергею.

— Иосиф Виссарионович, несмотря на то что Рузвельт представляет демократическую партию, эти магнаты-республиканцы, такие как Рокфеллер и Барух, продолжают водить вокруг него хороводы. Это уже начинает вызывать недовольство не только среди некоторых демократов, которые видят в этом подрыв партийной линии, но и среди других республиканских магнатов. Те считают, что вместо того чтобы лебезить перед нынешним президентом, нужно сосредоточиться на подготовке своего кандидата на следующих выборах и вернуть контроль над политикой в свои руки. Такая ситуация создаёт трещины внутри американской элиты, которые мы можем наблюдать через наши каналы в прессе и деловых отчётах.

Сергей откинулся на спинку стула и сделал глоток чая. Он поставил чашку обратно на блюдце и обратился к обоим собеседникам.

— Мы должны иметь возможность воспользоваться этим раздражением, особенно в отношении Рокфеллера. Семья Рокфеллеров всегда была опорой республиканской партии, и многие в их кругах ожидают, что именно они будут определять курс. Если другие республиканские фигуры видят, как Рокфеллер и Барух слишком тесно взаимодействуют с Рузвельтом, это может вызвать открытое недовольство. Нужно сделать так, чтобы голоса доносились не только от изоляционистов, но и от других сенаторов и конгрессменов, которые могут выступить против того, чтобы Рузвельт единолично решал, что делать Америке в Европе. Павел Анатольевич, как мы можем усилить работу в этом направлении через наши источники?

Судоплатов раскрыл ещё одну страницу в папке и ответил, указывая на записи:

— Товарищ Сталин, мы уже активизировали сбор информации через контакты в банковских и промышленных кругах Нью-Йорка. Можно направить дополнительные усилия на выявление тех сенаторов и конгрессменов, которые выражают недовольство влиянием этих магнатов. Например, среди республиканцев из Среднего Запада и некоторых южных штатов есть фигуры, которые традиционно критикуют чрезмерное сближение с демократической администрацией. Мы можем через косвенные каналы — такие как публикации в региональной прессе или утечки в деловых кругах — способствовать тому, чтобы эти голоса звучали громче. Это не потребует прямого вмешательства, нужно лишь усиление существующих противоречий.

Молотов добавил:

— Такие противоречия внутри американской политической системы дают нам пространство для манёвра. Если мы сможем собрать больше данных о том, как именно Барух и Рокфеллер влияют на решения Рузвельта по Neutrality Acts, это поможет нам лучше понимать, куда движется американская политика. Многие в Конгрессе до сих пор настаивают на строгом соблюдении нейтралитета, и любое давление со стороны этих финансистов может вызвать ответную реакцию. Мы должны фиксировать все такие моменты недовольства и анализировать, как они могут отразиться на европейских делах.