Лес вокруг меня будто ожил, заговорив голосами рабов. Казалось, что они повсюду. Но вот в хоре их криков раздалась забористая матерщина Спартака, а потом воздух пронзил стрекот автоматной очереди. Полковник принял бой где-то справа от меня и, судя по всему, он тоже отступал к городу. Мелькнула мысль присоединиться к нему, но я отказался от нее, решив, что логичнее будет не искать его в лесу, а скооперироваться на открытом пространстве. Поэтому я продолжал бежать к Киберграду, изредка огрызаясь одиночными выстрелами.

Патроны следовало беречь — ведь у меня всего один рожок, а запасных нет. Правда, еще есть граната, но она совсем на крайний случай. Жаль, что те, кто преследовал меня, таких проблем не испытывали. Они стрел не жалели. Если бы не темнота и «Предвестник опасности», то быть бы мне нашпигованным ими, а так они все вонзались в деревья, уходили мимо или я от них уклонялся, успевая подсчитывать примерное количество выпущенных в меня стрел. Получалось, что старейшины осмелели. Похоже, что они все-таки решились раздать луки всем рабам или же за мной гонятся на только люди, но и сами альвы во плоти. Но второй вариант не был похож на правду, учитывая трепетное отношение эльфов к собственным жизням.

На фоне такой чрезвычайно опасной ситуации немного прояснилась голова. Разлука с гримуаром уже не так терзала меня. Другого вида стресс помог. Хотя я бы не стал благодарить старейшин за оказанную «помощь».

Между тем их рабы приближались, как и лесная опушка. Впереди забрезжил лунный свет, который практически не проникал сквозь густую шапку леса, значит, деревья вот-вот закончатся и появятся руины города.

Я опять заскрипел зубами от ярости, вспомнив, как где-то тут разговаривал с Жизеэль. Вот ведь малолетняя дура! Ну что ей стоило немного подождать? Вот как теперь отряду покинуть Киберград без ее помощи? Вопрос на миллион золотых. Правда, мне еще рановато задумывать над ответом на него, так как я пока не ушел от преследователей, жаждущих моей крови.

Вот я преодолел последние метры леса и выскочил из него. Рабы последовали за мной, на бегу стреляя из луков. Я обратил внимание, что все люди, действительно, оказались вооружены, но не только луками: лишь половина из них владела ими, а оставшиеся — имели короткие мечи. Хорошо, что стреляли они из рук вон плохо. Сказывалась нулевая практика. Только некоторые из рабов — те, кто бежал последними — были реально опасными стрелками. Скорее всего, их руками орудовали сами старейшины.

Спартака нигде не было видно. И звуки выстрелов тоже отсутствовали. Куда он делся? Что стало с полковником? Нежели они сумели его убить? Мне бы этого очень не хотелось. Я еще раз окинул быстрым взглядом толпу рабов, потом кромку леса, и разочарованно повернул голову к кафе, искренне тревожась за Спартака.