— Почему? — глупо спросил я, бессильно ссутулившись, словно лишился позвоночника.

— Он оставил этот бренный мир и перенесся в лучший, где в библиотеках громко не говорят, книги стоят на своих местах, а читатели их не портят, — поведала мне ведьма с едва уловимыми глумливыми нотками. Если бы я знал ее меньше, то не почувствовал бы их.

— Ради чего ты убила его? — вскинулся я, отчетливо запыхтев.

— Он слишком много знал, — резко обронила Чертовка. — Вот теперь бы еще от Гильгамеша избавиться, чтобы о гримуаре знали лишь мы двое.

— А потом один или, точнее, одна? — желчно бросил я, кривя губы.

— Зачем мне это? Мы же партнеры. Разве нет? — сказала девушка, имитируя удивление.

— Партнеры, еще какие, — процедил я, скрипнув зубами. Где-то внутри меня поднималась волна ярости, которая вдохнула силы в мое тело и дух, заставив выпрямить спину и расправить плечи.

— Ты знаешь, кто написал эту книгу? — проговорила ведьма, опять повернувшись ко мне и вцепившись внимательным взглядом в мое лицо.

— Нет. Я даже не знаю, как ее открыть, — попытался я ловчить, состряпав каменную физиономию.

— Ну, то, что ты не знаешь, кто ее написал — я верю, а вот в то, что не знаешь, как ее открыть — тут уж, позволь мне не поверить тебе, — произнесла девушка, явно насмехаясь надо мной.

— Какая же ты ведьма, — жарко бросил я, чувствуя, как во мне бурлит кровь. В эту секунду какая-то ночная птаха что-то пронзительно пропищала со столба и улетела по своим делам. Я ядовито добавил: — Вот, даже птица со мной согласна.

— Ладно, отложим тему гримуара на потом. Я смотрю, ты как-то странно реагируешь на нее, — проговорила она, чуть раздвинув губы в неживой улыбке. — Ответь тогда на такой вопрос: почему ты убил ту ведьму? Ее смерть мне глубоко безразлична, но вот причина довольно-таки интересна, ведь ты не стал убивать Адониса, который многое мог рассказать, значит, дело тут не просто в какой-то извращенной кровожадности. У тебя была весомая причина для ее убийства, может быть, даже какой-то план.

— Я не убивал ведьму, — пробурчал я, по многим причинам не желая признаваться.

— А почему же тебя тогда видели возле дома Адониса именно в ту ночь? — коварно спросила она.

— Стечение обстоятельств, — не отступал я от намеченной линии поведения.

— Лис, если ты не будешь сотрудничать со своим партнером, то я не смогу тебе помочь. Пройдет два-три дня и в клане поймут, что я не справилась с заданием и надо кого-то еще посылать в Сосенки, и, скорее всего, они примут решение оповестить Спартака о том, что один из его бойцов убийца. И вот тогда тебе уже не избежать казни. Пока ведьмы хотят все решить своими руками, есть шанс избежать их мести, — принялась увещевать меня Чертовка.