так развеселило. — Кэрри, ты меня снова провоцируешь, — протянул Стэн, тоже присаживаясь. — Чем? — Неужели я был так плох, что тебе было просто хорошо? — Что? — растерялась я. А он уже повалил меня на подушки и вновь навис сверху. Такой неожиданно родной, смешной, взъерошенный и страшно довольный. — Тебе должно быть восхитительно, крышесносно и волшебно. Но никак не хорошо. — Но я… — только и смогла прошептать в ответ, тяжело сглотнув, когда его рука отняла у меня покрывало и потянула вниз, открывая грудь, живот и все остальное. — Придется немного поработать и вызвать у тебя нужные эмоции, — промурлыкал Бесфорт, вновь склоняясь к моей груди. А я не возражала. Стэн сдержал свое слово. Мне казалось, что лучше быть не может, но этой ночью он открыл такие возможности моего тела, нашел такие точки, что мне было волшебно, восхитительно и умопомрачительно. До самого утра. Бесфорт не ушел и на рассвете. На следующее утро, когда я смогла разомкнуть веки после бурной бессонной ночи, — а случилось это в десять утра, — он был рядом. Спал, положив ладонь мне на талию, словно не хотел отпускать. Осторожно двигаясь, я выбралась из его объятий и замерла, рассматривая мужчину, которого, по сути, совсем не знала. Стэн слегка пошевелился, но так и не проснулся, продолжая лежать на животе. А у меня появилась возможность рассмотреть его спину и это непонятное тату, которое украшало его. Какие-то странные изогнутые линии, словно вспышки молний и изуродованные ветви деревьев. Они брали свое начало на правом плече, а потом ползли по всей спине до самых бедер. Причем, если судить по цвету, эта татуировка все время дополнялась. И в последний раз, кажется, совсем недавно. Вот на тех черных линиях на правом боку еще осталась небольшая краснота и припухлость. Прикрывшись платьем, я схватила чистую одежду и отправилась в душ. Все тело приятно ныло и немного саднило, что совсем не удивительно после прошедшей ночи. Контрастный душ помог прийти в себя и настроиться на новый день. А еще страшно захотелось есть. Я отправилась на кухню, где неожиданно натолкнулась на госпожу Бланк. — Доброе утро, — широко улыбнулась женщина, которая выглядела сегодня просто шикарно в светлых брючках и легкой белой блузке с крупными цветами нежных пастельных оттенков. — Доброе, — отозвалась я и неожиданно смутилась. Откуда-то возникло странное чувство, что она знает о том, что было между мной и Стэном этой ночью. — А я вам завтрак приготовила, — поворачиваясь к плите, произнесла она, пока я нерешительно топталась