— Мне действительно все равно, Кэрри, — отозвался он. — А ты, кажется, приняла желаемое за действительное. Забыла правила? Никакой влюбленности и фантазий. Я не тот мужчина, который тебе нужен. — Это ты так решил? Или, может, моя мама так на тебя повлияла? Стэн, послушай, мне все равно, я хочу… — Я не хочу! — перебил меня Бесфорт. — Мне надоела эта игра. Мне надоела… ты. Все кончено. Дальше мы пойдем каждый своей дорогой. — Я тебе не верю. Ты это специально, думаешь, что злюсь, обижаюсь. Но это не так. Послушай, мы… мы переживем это вместе. Я помогу тебе, слышишь? Буду рядом. Его лицо исказилось от боли. — Мне это не нужно, Кэрри. Ничего не нужно, понимаешь? Ни твоей любви, ни помощи, ни поддержки. Все кончено. Прощай. — Стэн! Я вскочила, делая два шага вперед, пытаясь его остановить. Но левая нога неудачно подвернулась, и я практически рухнула вниз. Вновь помог дар. Именно воздушная подушка удержала меня за десяток сантиметров от пола. Она, не Стэн. Он ушел, даже не оглянувшись. Из палаты, из больницы… из моей жизни. Я медленно опустилась на пол, сжалась в комочек, поджав к груди колени, и дала волю слезам, наконец поверив, что все действительно кончилось. Я осталась совсем одна. Именно такой — жалкой, ревущей, несчастной, — мама меня и нашла пять минут спустя. — Кэрри? Кэрри! Что с тобой? — воскликнула она, падая на колени и пытаясь привести меня в чувства. — Что он сделал? Ударил, да? — Он ушел, мама… он ушел, — разревелась я, утыкаясь носом ей в грудь. — Ох, милая… может, это и к лучшему. — Я люблю его, мама. Она обняла меня, качая как ребенка в своих руках. — Кэрри, он же опасен. — Мне все равно. Я его люблю. Слезы высохли довольно быстро, стоило только осознать свои чувства и понять, что я готова бороться за любовь. Тем более что это не просто слова. Я была уверена, что Стэн думает иначе, а своим разрывом лишь пытается оградить меня от своей болезни. Решил, что без него мне будет лучше. Но я-то думала иначе. В конце концов, неконтролируемый дар — это еще не приговор. Есть способы блокировки, лечения, помощи. И я готова была сидеть рядом с ним и помогать. Я на все готова ради него. Для начала решила дождаться выписки из больницы. Ровно через четыре дня Даг с родителями доставили меня в квартиру. Они, конечно, настаивали на том, чтобы я пожила дома, но я отказалась. Усиленная забота мне сейчас была не нужна. — Послушайте, со мной все хорошо. Ожога больше нет, боли тоже, чувствительность вернулась. Я отлично хожу, говорю и работаю двумя руками. Лишняя