— Он прекрасен, — прошептал Кетильфаст. — Обеих жен отдал бы за такой.

— И хирд впридачу, — добавил Санек.

— Нет, — мотнул головой ярл. — Хирд — нет.

— Его имя — Глаз Локи, — сказал Санек, понимая, что если он прямо сейчас не внесет ясность, то разговора не выйдет. Всякий, кто на него смотрит, жаждет его заполучить. Любой ценой. Любой. Ты ведь понимаешь меня?

— Угу, — Кетильфаст враз помрачнел, потом спросил: — А ты сам? Как с ним?

Санек на пол-ладони извлек меч из ножен и тут же отправил обратно.

Кетильфаст посуровел. Он справился с искушением.

— Локи есть Локи, — сказал он. — А мы с тобой — это мы с тобой. Кто твой спутник?

— Друг. Сигфаст Хрингсон. Мы бились в одном строю. Как и с тобой.

— И еще постоим, — заявил Кетильфаст. — Драккары скучают по Лебединой Дороге, а наши задницы слишком давно не полировали гребные скамьи. Ты с нами, Сандар?

— Я даже знаю, куда мы пойдем, — сказал Санек.

— Да? Я еще сам не решил. Ну-ка?

— Я скажу, — пообещал Санек. — Но сначала хочу послушать, что там обо мне Сниллинг насочинял.

— Услышишь, — в свою очередь пообещал Кетильфаст. — Торд не посмел забрать себе всю славу. С тобой тоже поделился.

Сниллинг поделился. Щедро. Первое место в летописи великого похода Хрогнира-ярла за пределы Мидгарда разделили четверо: Хрогнир, Кетильфаст, Санек и, разумеется, сам летописец.

Народ слушал великую песнь явно не в первый раз и даже не в десятый, но — с восторгом. И старые друзья, с которыми Санек с самого начала делил палубу, и бывшие первобытные, которые теперь отличались от местных разве что невеликом ростом, и свежее пополнение, набранное Кетильфастом, чтобы заполнить румы новых кораблей. Лодью смольнян бывший главный кормчий Хрогнира продал, а вместо нее, щедро отсыпав золотишка, приобрел три больших драккара. А потом провел кастинг на место теперь уже в своем хирде. Что сказать? Тот Санек, который когда-то заявился наниматься в команду Хрогнира Хитреца, отбор бы не прошел. Большинство новых хирдманов Кетильфаста были отнюдь не новичками. Воины на пике формы. Однако отличить их от «старичков» было нетрудно. «Обвес» у тех, кто побывал на «золотых» берегах был на порядок богаче. Если бы не шлем Локи даже Санек смотрелся бы бедновато на фоне того же Келля, на шее которого висела цепка червонного металла килограмма на полтора. Вот уж живая демонстрация пословицы: своя ноша не в тягость.

— … Все достойные, — сообщил Кетильфаст Саньку, которого в знак особого усадил рядом. — Но в бою их пока не видел. Скоро увижу, надеюсь.

— Есть понимание, куда пойдешь? — решил прощупать почву Санек.