— Вы, Аксентий Евдокимович, сидите на троне с металлической отделкой, — продолжил я, делая шаг к возвышению, — в зале, где каждое оружие, каждый гвоздь, каждая петля на двери — продолжение моего тела, — я позволил домену слегка шевельнуть декоративные мечи на стенах, и они тихо зазвенели в креплениях. — Так что вопрос не в том, смогу ли я забрать своих людей силой. Вопрос в том, отпустите ли вы их мирно, или я начну показывать, на что способен Архимагистр, когда разозлён.

Шёпот среди наблюдателей усилился. Весть о получении мной заветного для десятков тысяч магов ранга только что стала достоянием публики. Но даже не озвучь я это вслух, знающие люди всё равно сделали бы правильные выводы на основании предыдущей демонстрации силы.

Князь сидел неподвижно, как изваяние. Только пальцы продолжали судорожно сжимать подлокотники.

Один из его советников — старый боярин с седой бородой и орденами на груди — наклонился к уху правителя и прошептал достаточно громко, чтобы я расслышал:

— Ваша Светлость… Это Архимагистр. Мы не сможем…

Другой советник, помоложе, добавил ещё тише:

— Он разгромил штаб-квартиру Гильдии в Москве. Их время пришло…

Я сделал вид, что не слышу этого шёпота, хотя каждое слово отпечаталось в памяти. Полезная информация о настроениях при дворе Вадбольского.

— Аксентий Евдокимович, — заговорил я уже мягче, почти доверительно, — я понимаю ваше положение. Гильдия имеет обширное влияние, бережно собирает компромат и должников, но посмотрите на факты.

Я указал на своих спутников — Гаврилу, Евсея, Ярослава и Михаила, которые стояли за моей спиной с автоматами наперевес, невозмутимые, как статуи.

— Нас пятеро. Мы вошли в ваш дворец, окружённые сотнями ваших подданых. И никто не посмел нас тронуть. Почему?

Пауза. Я обвёл взглядом зал — застывших гвардейцев, бледных магов, бояр, старавшихся не встречаться со мной глазами.

— Потому что вы все понимаете: первый, кто поднимет оружие против меня, умрёт. Второй умрёт. Десятый умрёт. И даже если мне придётся убить всех до последнего — я всё равно уйду отсюда, забрав своих людей.

Вадбольский закрыл глаза. Его плечи поникли, и он как-то разом осел в кресле, словно из него выпустили воздух. Когда он снова заговорил, голос его звучал глухо, надломленно:

— Что вы хотите?

— Шестеро моих товарищей освобождаются прямо сейчас, — я начал загибать пальцы. — Прикажите доставить их сюда. Немедленно. Все обвинения против них будут сняты, — я кивнул в сторону двери, за которой скрылись гвардейцы, посланные за агентами Гильдии. — И тех двоих, что ваши люди сейчас приведут, я тоже заберу с собой.