А я тоже захмелел порядком. В голове шумит, да и не хотел про отца говорит ей.

— Отцу? — собутыльница замерла. — Отцу "Основы Теократии⁉ Убей лучше!

— Нет, твоему настоящему отцу, ты что, не помнишь его? Ты же из империи родом.

— Я знаю, и иногда во снах вижу странных людей, которые меня любят. Когда жила в казармах во время учёбы, это было моей тайной, — замерла девчонка с рюмкой в руках. — Может поэтому и выжила. У нас к концу учёбы одна из пяти доживает.

— Не хило! Ну, давай за тех, кого с нами нет! — предлагаю я.

— Да в жопу этих тварей! Они за меня бы пить не стали! Знаешь, как мы там жили⁈ Вот смотри! — Судзуна обнажила грудь, показав уродливый шрам. — Подружка лучшая постаралась!

— Ниче такие сиськи, — протянул руку я. — А шрам я тебе уберу, как на корабле будем. Для меня это плёвое дело!

— Это кислота Зоранской мокрицы, болит до сих пор, и болеть будет всю жизнь, — горестно усмехнулась пленница.

После этого Судзуну потянуло на откровенности. Зачем менталисты? Да напоить её, сама расколется! Молодая девушка лет двадцати пяти, а сколько натерпелась за свою короткую жизнь, учёба в воинской школе Теократии — не сахар. Длань — это командир элитного отряда из дрессированных, вернее, обученных зверей и особо умелых воинов.

Повар давно ушёл, а Ригард стоит, слушает и на ус мотает. И то правильно, я бухой ничего не запомню. И нафига я так нарезался? Ночью же отплывать надо!

— Давай поспим, — предлагаю я. — До отплытия.

— Правильно, но сначала возьми меня! Грубо! — соглашается Судзуна, сидящая рядом по пояс голая.

Грудь она прикрывать так и не стала. А я чего? Я не против.

— Я насиловать не буду, — из вредности отказываюсь я, так как желание имеется, и кураж тоже.

— Я буду, — лезет с поцелуями девушка.

Ригарду пришлось уйти из шатра, а меня хватило аж на два раза. Сначала, и потом, когда проснулся. Ничего такая малышка, неопытная, но энергичная — жуть. Может, не отдавать её?

На улице уже темно. Наш лагерь уменьшился в размерах, на посту стоят Джун и Тарак.

— Граф, пора на корабль, через два часа отплытие, — из темноты выскользнул Ригард в полном боевом вооружении.

И что я пить на корабле не стал? Бужу Судзуну, и видя, что той нехорошо, подлечиваю её магией. На корабль, мой флагманский, который ничем особо от других судов эскадры не отличается, мы плывем раздельно. Вот я, наконец, в кают-компании, и наши корабли отплывают от вражеской территории. Командует уже не Баркли, а смуглый командир десантного флота. Идём в конце большого флота принца Бартоломью. Но не последние. Нас прикрывают искатели Мелич. Спать неохота, выспался. Пойти навестить пленницу ещё разок?