Народ в замке в недоумении, ждут последний караван, а у меня на душе неспокойно. Лошадей ещё раз поим эликсирами, люди оказались выносливее. Мой Донт тоже стал выказывать первые признаки усталости, но ему допинг не даю — дорогущий он, да и нет таких в продаже, очередь по десять лет вперед на подобный товар. Движется наш небольшой, но зубастый караван не быстро, и хоть кони в повозке и накачаны допингом, но сама она не выглядит чудом инженерной мысли — никаких рессор, и большие деревянные колёса подпрыгивают на каменном тракте.

«Не дай боже сломается», — с неудовольствием посмотрел на драндулет я, и, разумеется,… накаркал.

Одно из передних колёс повозки с треском разваливается, накренив транспортное средство набок, отчего шар, замотанный тряпками, выскочил и весело покатился по дороге к зарослям кустарника. Километр не доехали до перекрестка.

Ругань одного глазливого графа была слышна и на другом материке. Маг Лоу уважительно цокнул языком. Шар быстро вернули на место, а вот что делать дальше — не понимаю. Положение спас приданный барон Месью от принца Бартоломью. Он спешил пяток человек из своего конного отряда и стали поддерживать повозку с одного края, того, на котором уже не было колеса. Оказывается, и на трёх колесах можно ехать!

— Если что, на руках понесём, — обнадёжил меня он.

— Ран, — кричу я своему бойцу. — Скачи на развилку и конфискуй любое транспортное средство.

Только он ускакал, как насторожился пришлый маг.

— Слышу звуки битвы, — мертвым голосом произнёс он. — Справа, в паре километров от нас. Пора умирать, граф!

Я не слышал ничего, но может, артефакт какой у Лоу есть. А умирать я не собирался, убить всех — это да, умирать — не моё.

Через десять минут показался временный лагерь дозорных сотен, и мне наконец-то повезло. Ран нашёл мощную телегу, на которой стояла баллиста и сейчас пытается отнять её у расчета, возглавляемого седым и усатым, как Д’Артаньян, мужиком. Мордой он тоже походил на Боярского.

— Граф, идёт бой в километре отсюда, вам бы поскорее прибыть в порт, не стоит тут задерживаться, — подскочил ко мне как бы не тот молодой сотник Баркли, которого я спас в замке, вылечив магией. — Тут опасно находится.

Да сам не хочу!

— Граф! — завопил «мушкетёр» в отчаяньи глядя, как Ран скидывает баллисту. — Там наши парни гибнут, баллиста нужна, чтобы отбить нападение! А он вашим приказом…

— Это мой приказ! — прерываю я.

Нет смысла пояснять всем подряд важность этих четырех колёс.

С левой стороны мимо нас бежит пешая сотня, бежит она прямо на звуки боя, очевидно, приказ был отдан ещё до нашего прибытия. И в самом деле, зачем держать заслоны с двух сторон, если бой идёт с одной?