Костя фыркнул и негромко пробурчал:

— Он ещё хочет гарантий.

— Думаю, мы сможем дать друг другу взаимные гарантии, — сказал я.

— Да, — Волков медленно кивнул и сказал: — Только насчёт суммы… У меня нет таких денег. Дайте год…

— Месяц, — перебил я. — Этого хватит, чтобы оформить срочную продажу.

— Я не намерен продавать свои активы. Найду деньги другим способом, — твёрдо проговорил Волков. — Дайте хотя бы полгода. Взамен… Могу предложить свою сестру в заложницы.

Константин присвистнул и спросил:

— Ты же про Свету говоришь? Интересно, и что толку нам держать твою сестру у себя дома? Её ведь ещё содержать надо. Или ты рассчитываешь, что она… как бы это сказать…

— Лучше не продолжай, — в голосе Владимира послышались звериные нотки, и рядом с ним вдруг появился эфемер гнева.

Ну, хоть что-то может вывести его из себя. Впрочем, дух быстро исчез, и барон продолжил уже спокойнее:

— Моя сестра станет гарантией, что я не предприму никаких враждебных действий против вас. Она останется в вашем поместье под присмотром, — Владимир говорил быстро, словно боялся передумать. — До последнего платежа.

— Интересно… — задумчиво произнёс я. — А если вы передумаете платить?

— Тогда у вас будет законное право казнить её согласно древнему закону.

Я искоса посмотрел на Костю, и он кивнул. Значит, такой закон действительно существует. В дворянском законодательстве я был не слишком силён, но лишь потому, что это был слишком большой пласт знаний для самостоятельного изучения.

Как-то использовать Светлану смысла не было. Но как заложница и гарантия, что Волков больше не станет пытаться меня убить, она вполне подойдёт.

Самое важное — убедиться, что она не станет шпионить или иным способом вредить нашему роду. Думаю, поселим её отдельно и круглосуточно будем держать под наблюдением. Потому что всё это, конечно, смахивает на очередной трюк.

Владимир довольно легко согласился на наши условия, так что верил я ему далеко не полностью. Но воевать смысла тоже не было — там пока все нужные документы соберёшь, уже устанешь. А уж сколько бюрократии предстоит после войны… Даже думать не хочется.

— Хорошо, — сказал я. — Этот вариант нас устраивает. Какую гарантию вы хотите взамен?

— Я не вправе требовать заложника или чего-то подобного, — глядя между мной и Костей, произнёс Владимир. — Поэтому будет достаточно письменного пакта о ненападении.

— Взаимного пакта, — дополнил я. — У вас при себе личная печать?

— Да, — кивнул Волков.

— Тогда я составлю документы, — сказал Константин, подтянул к себе папку и достал оттуда чистые листы.