— Не очень, — вздыхает целитель. — Истечение жизненных сил прекратилось, но изменений к лучшему почему-то нет. Хотя должны быть.

Я вглядываюсь в энергетический узор тела князя и понимаю, почему их нет. Источник повреждён. А последующая потеря жизненных сил привела к критической ситуации. Тьма во мне чувствует, что от источника остались лишь обрывки. Назаров в буквальном смысле находится на грани.

Ольга сжалась в углу кресла и смотрит на меня глазами, полными надежды. По щекам текут слёзы.

У меня есть идея. Но я уверен, что она не понравится князю. Если он выживет, конечно.

Если пересадить ему «Доппельгангер» — источник можно будет восстановить. Конечно, понадобится донор. Думаю, если перекинуть связь на меня, я выдержу. Всё же я не обычный человек.

Но сейчас артефакт находится в сумке Шанка. И я практически уверен, что в сокровищнице она откроется. Или там есть комната, в которую и переносится всё, что Шанк пихает в сумку.

Я могу ошибаться, но других вариантов всё равно нет.

— Княжна, мы можем поговорить наедине?

Ольга кивает и поднимается. Мы приходим на кухню. Там пахнет кофе и сдобой: прислуга уже готовит завтрак.

Но княжна отпускает женщин взмахом руки.

— Мне нужно поговорить с Хаадис. Но ты тоже должна слышать наш разговор.

— Она слышит, великий, — без всякого перехода говорит Ольга. Нет, драконица Хаадис. Княжна передала ей управление телом.

Следующие пятнадцать минут мы с драконицей обсуждаем мою идею. Она находит её вполне реалистичной и выполнимой.

— Ольга? — спрашиваю уже у княжны.

— То есть ты обманул меня. И артефакт всё же не уничтожен?

— Не уничтожен, — киваю. — И…

Ольга прерывает меня выставленной вперёд ладонью.

— Раз ты сказал то, что сказал, — значит, у тебя были причины. Остальное неважно. И я согласна. Но у меня есть условие.

— Говори.

— Я хочу присутствовать при внедрении артефакта. То есть… Хаадис хочет.

— Договорились.

Ну… значит, переходим к воплощению плана.

— Оль, отошли целителя. Пусть позавтракает. — Киваю на кофемашину и булочки. — Скажи, чтобы отдохнул не менее получаса. Лекс подтвердит, что на это время возьмёт на себя поддержку жизненных показателей князя.

Снова поднимаемся в спальню.

Выслушав княжну, Семён Михайлович благодарно кивает и выходит из комнаты. Я слышу, как он тяжело спускается по лестнице. Вскоре из столовой раздаётся звон ложечки о чашку.

Ну вот и отлично. Избавились от лишних глаз.

Тоже спускаюсь — затем, чтобы позвать Шанка. За ним в дверь влетает и Крайт. Причём влетает обычный кот, а створка распахивается так, будто в дверь с разбегу заскочил бегемот.