— Да, командор! Ты ведь хотел «новость» какую-то рассказать… — спохватился Гарсен. — Лучше это сейчас сделать, пока все наши в сборе!

— Новость… — Кот загадочно улыбнулся. — Ладно, вот вам новость, о которой мало кто пока знает: я — заместитель Главы КОНКОРД.

— Что? — остолбенел Зул.

— Что⁈ — замер на месте Гарсен.

— Ты всё жепроверяющий ! Я всегда это знала! — округлила глаза и прижала руки к щекам Эйша, ставшая уже не Малк, а Росс.

— Вот такие вот у нас новости, и ничего с ними не поделаешь! — Кот ухмыльнулся, развёл руками и продолжил все выгонять. — Ну, если новость услышали — то давайте на выход! Кто куда, а я — спать, спать, спать…

108

Грат’Н’Сан, древний, бессмертный и бессменный Глава КОНКОРД, брат Императора, известный в прошлом учёный, волновался. Волновался так, как не волновался уже многие тысячи лет: руки просто ходуном ходили! Едва только получив информацию о «решении Сената» он чуть инфаркт совместно с инсультом не получил, всё же нынешнее его тело, довольно уже изношенное, было мало приспособлено к подобным потрясениям!

Сенат проголосовал… «ЗА!» Практически единогласно: «ЗА»!

Грат даже и не ожидал такого, даже после выступления Аст Росса, заставившего замолчать всех «говорунов». Он был готов и дальше «раскачивать» ситуацию, снова тасовать факты, продолжая убеждать «старых упрямцев», а тут — «за»!

«За!» — развязывающее ему руки.

«За!» — возносящее его на вершину, к которой он стремился, но до которой всегда оставался маленький, но почти непреодолимый шаг.

«За!»… которое сделало его почти всемогущим.

И это «ЗА!» было принесено ему выступлением, обычной речью, правда, шедшей от всего сердца выступающего, Аст Росса, которого никто из «старых» сенаторов не знал и поэтому он оказался именно тем, кого они не могли обвинить в предпочтениях и пристрастиях, на которого у них просто не было ни базы данных, ни компромата. Тот, который своими рассуждениями, своим пламенем, своей настоящей обидой на «ничего полезного не делающих» своей речью смог подтолкнуть их всё же решиться и сделать тот оставшийся, последний, крохотный шажок!

Полноправный «Рука Императора», вполне искренне призывающий не «следовать уложению, укрепляя Единство Империи», как сказал бы тот же Ван’Н’Тэр, если бы выступил перед Сенатом, а работать! Действовать! Призывающий «делать полезное», а не «тысячи лет заниматься говорильней», попутно обвиняя их и в пусть и опосредованном, но всё же участии в разделении Империи, а вдобавок ещё и в напряжённости текущей ситуации.

«Рука Императора»… не знавший, да так и не осознавший главного нюанса: равным Императору, тем, чьё решение нельзя отменить и тот, кого нельзя сместить, может быть ТОЛЬКО Император!