Следующий Император… Пришедший на смену Император… Эпитетов можно подобрать ещё много, но смысл от этого не менялся: только Император!

И после своего «За!» Сенат выпустил лишь три указа.

Первый: «В связи с длительным отсутствием признать Императора Ири’Н’Сана недееспособным и передать всю полноту власти его преемнику.»

Второй: «Признать Грат’Н’Сана, в связи с недееспособностью предшественника, Императором Аргон. Салют Императору!»

И третий: «Выполнение всех предыдущих распоряжений приостановить до особого распоряжения, подтверждённого Указом Императора»

Грат — Император! Это случилось! После тысяч лет ожиданий, после тысяч и тысяч интриг и жертв! После… После всего!

Сам же Грат издал всего два указа, соглашаясь принять власть в одном и продляя полномочия одного из «старых» чиновников в другом, и оба эти указа уже были утверждены Сенатом, моментально «уйдя в рассылку».

А сейчас он летел «на встречу с Сенатом», чтобы «произнести Первую Речь», утвердить состав Сената или объявить созыв нового. И корабль его только-только всплыл в конечной точке маршрута — в той системе, где на одной и той же станции находился и весь Сенат, и святая святых КОНКОРД — Центр Репликации. То место, где Сенаторы приняли судьбоносное решение, и то место, где восставали погибшие Судьи. Можно сказать — Центр Империи…

Торопиться было некуда. Грат специально дал указание «не спешить»: всё должно происходить торжественно, даже если капитан его крейсера не в курсе событий, его не касающихся. Сопровождение, по тому же распоряжению, выстроилось парадным ордером.

Всё. Должно быть. Торжественно!

А Грат достал ту самую коробочку, которую регулярно «полировал взглядом», а иногда даже брал её в руки, вот прямо как сейчас, ставил перед собой на стол… Открывал… видя перед собой две обычных кнопки, одну, уже истёртую, ведь за тысячи лет этих «иногда» набралось уже великое множество, и вторую, совсем не тронутую… И — нажимал!

Только вот раньше он нажимал лишь одну, вытертую до белизны, едва ли не до дыр, ту, надпись над которой означала «Исполнить», при этом никогда не трогая вторую, обозначение которой гласило «Контроль», или «Предохранитель» — смысл у этого слова мог быть разным, в зависимости от предназначения.

А сейчас он зажал, одну за другой, обе.

Механический контакт замкнулся. Сигнал, ушедший к автономному, не привязанному ни к одной исполнительной линии оборудованию, через сложномодулированный передатчик ушёл дальше. Ушёл, чтобы попасть на такой же, полностью автономный, приёмник, после чего отправился дальше, к исполнительному механизму. Механизму, запустившему цепную реакцию, начинающуюся в недрах одного из резервных реакторов, после чего проходящую по кругу, по всей станции, чтобы завершиться в последней своей точке, в ещё одном реакторе, бывшем одним из основных, который находился как раз под «Залом Сената»… одновременно являвшимся ещё и «хранилищем оцифрованных сенаторов».