Ехали мы минут тридцать. Я в столице гость проезжий, так что не знал, что и как. Зато Хоуп пояснил, что мы проехали торговый квартал и приближаемся к верхней границе, где уже начинаются зажиточные особняки.

Впрочем, и туда мы не добрались, остановившись в паре улиц возле небольшого трехэтажного здания без какой-либо вывески. В окнах темно, вокруг никого не видно.

— Врум-врум.

— Внутри полно народу, — перевел я. — Но не алые, из местных. Вооружены до зубов.

И тем не менее, я первым подошел к двери и потянул ее на себя. Внутри горели свечи, было светло и пахло теплом. Я даже отошел на пару шагов назад, чтобы убедиться. В окнах темно, в дверном проеме тоже.

Подошел ближе, и вот уже светло и даже какие-то звуки раздаются. Народ внутри не особо пытается скрываться.

— Интересная завеса, — пробормотал я и шагнул внутрь.

Четверо людей расположились у входа. При доспехах, оружии и смурных физиономиях. Но к рукоятям мечей ни один не притронулся. Все четверо сделали вид, что просто стенки подпирают и на нас им совершенно плевать.

— До утра будем на сквозняке стоять? — раздался сварливый голос из глубины помещения. — Будьте любезны, определитесь уже наконец в решениях и закройте дверь. С любой стороны.

Не нравится мне все это. Четверка не похожа ни на солдат, ни на ловцов. Но выглядят матерыми, так что скорей всего частные наемники. И, судя по рожам, работают такие не за монеты, а за идею.

И главная проблема в том, что этот сварливый голос привык командовать, это чувствуется в каждой интонации. А значит что мы имеем? Наш связной — человек обличенный властью, но не из военных, иначе тут стояли бы солдаты, а не упакованные в рунические доспехи наемники.

И наемники не простые. Нет в глазах ни скуки, ни пропитости, ни спокойствия. Наоборот, парни напряжены, собраны и готовы к неприятностям. И это посреди оккупированной имперцами столицы.

И что мы имеем в итоге? Человек, не связанный с армией, но владеющий властью в городе. Ему подчиняются люди, но не имперцы. И подчиняются, судя по всему, по каким-то идейным соображениям, а не просто за зарплату.

Кто может позволить себе содержать отряд высококлассных бойцов во время военного положения? Ответ напрашивался сам собой, и он мне не нравился.

— Ненавижу политиков, — буркнул я себе под нос и пошел вглубь зала.

Там обнаружилась еще одна комната, судя по всему, гостиная с камином, ну куда же без него. Дверь открыта, перед ней стоят еще двое вооруженных до зубов людей и делают вид, что разглядывают стену.

После того, как мы вошли, один из наемников прикрыл за нами створку. Небольшое помещение, несколько кресел и диванчиков вдоль стен, пара столиков с вином и тарелки с фруктами да сырами.