Ставшие графитовыми глаза почти чернеют, и, кажется, я вижу в них свое испуганное отражение. Но я не опускаю подбородок, даже когда он скользит глазами по обнаженной груди, отчего розовые камушки сосков мгновенно твердеют. Плавно ведет взгляд к плоскому животу и на то, что скрыто под нижним бельем.
Щеки начинают пылать, и я сжимаю руки в кулаки.
– Насмотрелся? – хрипло выпаливаю.
– Я только начал, bella, – низкий голос непривычно вибрирует, и эти вибрации достают до самого нутра.
В следующую секунду круглый кончик ножа касается полушария одной груди и слегка надавливает на твердую бусину. По телу пробегает предательская дрожь, и кожа покрывается колючими мурашками. Сжимаю челюсти до хруста, подавив рвущийся из груди стон.
– Очень красивые, даже лучше, чем я представлял, – хрипло произносит, передвигаясь ко второй груди.
Ногти больно впиваются в ладони от нарастающей неконтролируемой волны возбуждения, и я не понимаю, что происходит с моим телом.
Он ведет лезвием к животу и чуть проникает им под резинку трусиков, на секунду замерев. Ноги едва не подкашиваются, когда снова раздается треск ткани и вот еще один клочок летит к платью.
Дыхание окончательно сбивается от жара разливающегося внизу живота. Ощущаемый легкий холодок между ног оповещает о том, насколько я уже влажная и это не нормально. Он еще даже не коснулся меня сам.
Дернувшись, шиплю, почувствовав холод лезвия на внутренней стороне бедра.
– Такая отзывчивая, малышка. Моя малышка, – отбрасывает нож в сторону, и я проглатываю очередной рвущийся стон, когда он властно берет оба налившихся желанием полушария груди в горячие ладони и зажимает чувствительные узелки между пальцами, начиная безжалостно массировать их.
Прикусываю щеку изнутри, не собираясь просто так сдаваться.
Он наклоняется и захватывает один губами, продолжая играть пальцами со вторым. Всасывает его, облизывает, покусывает.
Втягиваю ртом воздух, едва стоя на ногах, но по-прежнему не касаюсь его.
– Хватит сопротивляться, bella, – щиплет за сосок и из меня вырывается рычание.
– Забирай, что хотел, и отвали от меня! – злобно выплевываю в него.
– Как скажешь, дорогая, – неожиданно опускается передо мной на колени, откровенно шокируя.
Продолжая сминать в ладонях грудь, касается мягкими губами плоского живота и непроизвольно сдавленно мычу. Проводит горячим влажным языком дорожку до пупка к гладковыбритому треугольнику, и колени подгибаются, когда кончиком он касается чувствительного бугорка. Он не дает мне завалиться на пол, крепко удержав за талию, и начинает выводить круги по пульсирующей плоти.