И ещё ножи разной длины. От десяти до примерно двадцати сантиметров. Такие можно легко спрятать под одеждой, вставить в портупею, незаметно пронести с собой.

Небольшие, смертоносные и пугающе удобные.

Вынимаю нож средней длины и подхожу к месту, откуда можно начинать их кидать.

И тут я даже не успеваю понять, что происходит, как возле меня, в считаных сантиметрах, пролетает нож и с сухим, глухим ударом впивается точно в яблочко.

Замираю. Не дышу. Сердце на мгновение будто забывает, что ему нужно биться. А Макс подходит ко мне со спины и обнимает рукой за живот.

— Дыши, — приказывает. — Если оружие в действии ввергает тебя в ступор, не смей его брать в руки. Тебя же им и убьют.

Я шумно выдыхаю, кивая. Не пытаюсь отодвинуться или как-то противиться. Сейчас мужчина чувствуется так, что он находится именно там, где должен быть, хоть и вторгся в моё личное пространство.

Он сейчас как-то удивительно гармоничен, а не навязчив. Не давит, не душит своим присутствием. Наоборот, рядом с ним почему-то становится легче собрать мысли в кучу и перестать смотреть на нож как на что-то неподвластное.

— Замахнись и кинь, — приказывает мужчина.

И так как я уже держу нож в руке, то замахиваюсь и кидаю, но не попадаю по мишени. Он пролетает куда-то в сторону и с глухим стуком падает на землю.

— Возьми, — предлагает он другой нож.

И дальше Макс разговаривает размеренно, спокойно, без единой лишней эмоции и объясняет мне, что нужно держать рукоять лишь тремя пальцами, а остальные два только придерживают.

Что не нужно крепко в него вцепляться, иначе нож будет замедляться и потеряет правильное вращение.

Что нужно встать ровно и выставить чуть вперёд ведущую ногу, в моём случае правую, так как я правша. И дыхание должно быть ровным. Спокойным. Без суеты и лишнего напряжения.

— Выбери цель, — говорит он, когда объяснил уже всё. — Смотри именно на неё, не на нож. Нож полетит туда, куда ты ему прикажешь.

— Это у тебя всё так просто, — отшучиваюсь и выбираю цель.

— А ты кидай, замахиваясь всей рукой, и следи за целью. Всё остальное должно пропасть. Лишь ты и мишень. Ничего больше. Ни страха, ни сомнений, ни лишних мыслей. Только цель.

— Ты не даёшь мне забыться, — тихо добавляю, потому что именно он отвлекает меня больше всего.

Но мужчина меня не отпускает. Он руководит. Разворачивает меня так, как нужно, фактически направляя и поджимая сзади собой. Удерживает на месте широкой рукой, лежащей на моём животе.

Берёт вместе со мной нож и лёгким нажатием показывает, где должны лежать пальцы. Я чуть смещаю свои. Потом показывает замах руки, плавный и уверенный.