Округляю глаза и смотрю, как из них один за другим выскакивают сотрудники полиции, а из микроавтобуса — спецназ.
Пипец…
— Сука… Он нас сдал, — яростно рычит Влад. — Ворон нас тупо слил ментам, — поражённо протягивает он.
— Не простым. Посмотри, там твой батя командует кортежем, — приглушённо, но не менее зло выдаёт Макс.
Влад подаётся вперёд и буквально впивается взглядом в лобовое стекло.
На нас посматривают, но за парковку никто ничего не предъявит, а все бойцы уже сидят в машинах и не высовываются. Кажется, никто даже пошевелиться лишний раз не рискует.
— Тварь… Он специально сделал так, чтобы отец был здесь, — цедит Влад сквозь зубы.
Ничего себе…
Так получается, мужчины из этого города. И если бы Влад не передумал, то его повязал бы собственный отец.
Вот это я понимаю — изощрённый план уничтожения конкурента.
Вот только слишком много в этом личного. Слишком.
Может, здесь всё намного сложнее, чем кажется на первый взгляд?
Мы уезжаем, и нас не трогают. Но меня не отпускают эти мысли и не дают покоя даже тогда, когда мы приезжаем в пригород, в очередной дом.
Ведь я чувствую, что от меня ускользает что-то очень важное.
Что-то, что подсветит весь конфликт между мужчинами.
Глава 21 Валерия
Когда в доме куча взвинченных и голодных мужиков, их нужно хотя бы накормить, а потом уже заниматься расспросами. Вот чем я и занимаюсь на кухне.
Продукты купили, и теперь я наспех готовлю простые сытные котлеты и пюре. Достаточно простая еда, но, думаю, здесь гурманов нет.
Разве что Влад может побрезговать, но тогда пусть заказывает доставку. Я на повара со звёздочками никогда не целилась.
Макс занят организационными вопросами, потому что нужно по-простому всех мужчин разместить, как и припасы. Влад, походу, голову ломает над тем, как нам всем выбраться из той задницы, в которую мы угодили. Это тоже задача не из лёгких.
И когда у меня уже всё готово, я иду на поиски Макса, потому что он как раз всеми и командует. Нахожу его на улице. Он о чём-то переговаривается с двумя парнями.
— Макс, я приготовила покушать, — захожу сразу с козырей, чтобы меня не послали куда подальше и не сказали не мешаться под ногами, как это уже было не раз.
Брови мужчины лезут на лоб. Он поражён. Но, благо, приятно поражён.
— Удивила, — выдаёт он. — На всех? — уточняет, похоже пытаясь понять, как действовать дальше.
Я же упираю руку в бок и топаю ногой.
И знали бы эти мужланы, как мне неудобно до сих пор находиться в платье и на каблуках, не задавали бы таких вопросов.
— Да, на всех. И не мешало бы кого-нибудь послать, чтобы мне простой одежды привезли, — показываю на себя рукой.