Раз решил, что музыка побоку, и никто мне не мешал, то я сел и просто занялся сочинительством. Нет, никакой фантастики. Взялся чисто за военную повесть, где в главной роли был один танкист, если точнее, отец Вячеслава, выведенный под именем Миши Родина. Вспомнились его рассказы сыну, оставшиеся в моей памяти, о боях на Висле под Сандомиром и позже. Там старший лейтенант Василий Репнин был ранен. Мне всё-таки надо было постараться оставить достойную память о нём. Не стоило рассчитывать, что мои записи, отданные помощнику дорогого Ильича, когда-нибудь увидят свет. Свою службу они сослужили, и ладно. Пока трогать этот период не буду. Может, чуть позже что-нибудь напишу?
И, надо же, и не заметил, как заработался допоздна. Несколько раз тренькал телефон, но трубку я не взял. Может, ко мне, к примеру, Инга, может, случайные звонки? Ну, нахрен всех! Мне успокоиться надо. И такая работа как раз мне всегда помогала.
Хотя, сегодня на работе у меня ничего такого не случилось. Так, мелочи жизни. Из новостей, достойных внимания, субботний концерт как бы моего, ясно, что уже бывшего, ВИА «Май». Там, похоже, партийные и комсомольские вожаки ничего из «моей» музыки не оставили? Как ни странно, началась и чистка, ага, «личного состава». Володя и Стас сообщили мне, что нас с Ингой, как не принимающих участие в работе ВИА, уже исключили из его состава. Ещё Олега Видова. А Володя Быков сам ушёл. И мои друзья лишились номеров. Хоть мы и таились, но наши дружеские отношения не скрыть. Правда, парни нисколько не огорчились. У них и с детьми полно было хлопот. Пару дней назад и Агнесса родила, пусть и дочь. Стас хотел назвать её Ингой — явно имя моей жены ему нравилось, но я отсоветовал. Раз Самсон с Анфисой не приняли во внимание моё пожелание, попросил назвать Аэлитой. Хотя, Стас графа Алексея Толстого читал, и имя ему понравилось.
Ещё я на работе узнал, уже из мировых событий, что, похоже, что-то кровавое намечалось в Греции. Судя по разговорам коллег, явно слушавших голоса из-за бугра, там произошло восстание в Афинском Политехническом университете против военной хунты «Чёрных полковников». Конечно, мне вообще не нравились разные фашистские режимы, но тут мне даже песню с протестом не спеть.
Домой я вернулся поздно ночью. Инга с детьми и её сестры уже спали. Нет, жена проснулась, но вставать не стала. Ну и пусть — мне не хотелось никаких скандалов и объяснений.
И, вообще, очередная неделя у меня пролетела быстро. К пятнице я завершил составление документации к электрической мясорубке и, по прежней памяти, заказал сборку опытных образцов знакомым работникам, уже не раз выручавшим меня. Конечно, всё опять за свой счёт. Хотя, всё равно деньги без толка лежали на счетах. Что надо, уже имелось, а тратить не на что было.